Search
Generic filters
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in excerpt

Предприниматель. Бывший управляющий Восточной нефтяной компанией (ВНК). Один из руководителей австрийской фирмы East petroleum handelsgas GmbH. Бывший советник министра топлива и энергетики РФ

 

 

 

«Биография»

Евгений Рыбин начал свою карьеру буровым мастером на одном из нефтяных промыслов в Самотлоре.

Деятельность

В конце 1980-х Рыбина перевели в Минтопэнерго, где он одно время работал начальником подразделения, занимавшегося тушением пожаров на нефтепромыслах. Его неоднократно командировали за рубеж, и Рыбин участвовал в ликвидации последствий крупных нефтяных пожаров. Тогда же он начал продавать дешёвое советское оборудование для добычи нефти и газа, а также технологии. Потом он работал начальником нефтегазодобывающего управления «Васюнганнефть».

Подробнее

1994 — ноябрь 1997

В 1994 году Рыбин вместе с семьёй перебрался в Вену, где на паях с австрийскими бизнесменами и прежним руководством ВНК зарегистрировал East petroleum handelsgas GmbH. В России он появлялся не часто. Планировалась, что фирма будет вкладывать средства в тогда ещё государственную ВНК и её добывающее подразделение «Томскнефть», получая взамен дешёвые нефть и газ, которые затем через ряд посреднических фирм будут поставляться в Западную Европу.

Заниматься бизнесом Рыбин начал в 1994 году после 20-летней работы в структурах Минтопэнерго. Группа швейцарских инвестиционных компаний пригласила его возглавить австрийскую фирму East Petroleum, где Рыбин стал управляющим с правом подписи на финансовых документах. Используя опыт и связи Рыбина, иностранцы планировали выйти на нефтяной рынок России. Первые шаги Рыбина были весьма успешными: ему удалось заключить долгосрочное соглашение с одним из крупнейших нефтедобывающих предприятий страны «Томскнефть», в рамках которого East Petroleum стала получать нефть в обмен на инвестиции. Предполагаемая прибыль австрийской фирмы от этой сделки должна была составить $300 млн.

По словам Рыбина, за два с небольшим года East Petroleum истратила на реконструкцию Западно-Полуденного и Крапивинского месторождений (входящих в «Томскнефть») около $60 млн «На каждый вложенный доллар у нас есть документы»,— заявил Рыбин.

В июне 1999 года говорилось, что за несколько лет фактический руководитель Восточной нефтяной компании Виктор Калюжный вместе с близкими ему предпринимателями Евгением Рыбиным и Гурами Авалишвили сумел выстроить простую, но эффективную схему откачки валютной выручки ВНК в австрийскую фирму East Petroleum Gmbh.

Ноябрь 1997 — ноябрь 1998

Эта схема работала, пока в ноябре 1997 года российская нефтяная компания ЮКОС не приобрела контрольный пакет Восточной нефтяной компании (ВНК), куда входит «Томскнефть». East Petroleum практически сразу отключили от нефтяной трубы. Все попытки Рыбина прояснить ситуацию и встретиться с новыми хозяевами ВНК окончились безуспешно. Он писал письма, требуя вернуть $60 млн, но его словно не замечали.

В июне 1999 года отмечалось, что после приобретения ВНК ЮКОСом Рыбин и Авалишвили попытались получить свою долю от «вложений» в ВНК, которые якобы делала East Petroleum. Они начали судиться.

Ущерб, нанесённый своей компании, Рыбин оценил в $87 млн.

Летом 1998 года East Petroleum обратилась в арбитражный суд Вены с иском к ЮКОСу на $83 млн (вложенные деньги плюс упущенная выгода). Вскоре после этого на Рыбина было совершено первое покушение.

В сентябре 2000 года отмечалось, что исковое заявление арбитражный суд Вены не принял.

Первое покушение

В декабре 1999 года отмечалось, что первый «намек» бандиты сделали Рыбину летом 1998 года, выбив стёкла в его квартире на Ленинском проспекте. Хулиганы не знали, что к этому моменту Рыбин перебрался в особняк в подмосковном Николо-Хованском.

В ноябре 1998 года в Москве на Евгения Рыбина было совершено покушение. До половины одиннадцатого вечера Рыбин находился на встрече с одним из компаньонов по ВНК на улице Удальцова. Компаньёном был президент Восточной нефтяной компании Леонид Филимонов. Всего переговоры Рыбина с Филимоновым длились 2 часа.

Потом Рыбин спустился на лифте и вышел на улицу. Здесь его ждала служебная «Волга» с водителем-телохранителем. Расстояние от подъезда до машины не превышало и трёх метров, но добраться до неё Рыбин не успел. Из темноты выскочил неизвестный и открыл огонь из автомата. Ни одна из десятка выпущенных пуль в Рыбина не попала. По словам Рыбина, услышав первые хлопки, он пригнулся и опрометью бросился в подъезд. Взбегая по лестнице, вызвал по сотовому телефону милицию.

Между покушениями

После первого покушения Рыбин нанял себе милицейскую охрану. Это же попытался сделать и близкий друг Рыбина замгубернатора Томской области по финансам Гурами Авалишвили, работавший до 1998 года вице-президентом ВНК (говорят именно благодаря его поддержки Рыбину удалось заключить с «Томскнефтью» выгодное соглашение). Его якобы предупредили из ФСБ, что «заказан» и он. В декабре 1998 года Авалишвили срочно прилетел в Москву, где встречался с руководством центрального аппарата ФСБ. Позже Авалишвили обратился в УВД Томской области с просьбой предоставить ему охрану, но ему отказали, сославшись на отсутствие в бюджете такой статьи расходов. Авалишвили пришлось самому оплачивать телохранителей.

Второе покушение

Ко второму покушению на Рыбина, который для охраны нанял несколько сотрудников ГУВД, киллеры готовились более основательно. Под дорогой, ведущей к особняку Рыбина, в декабре 1998 года было заложено мощное взрывное устройство. От него метров на 80 в сторону был проложен шнур для приведения СВУ в действие и вырыт небольшой окоп. Здесь были спрятаны два автомата и гранатомет РПГ-18. В заминированном состоянии дорога к Николо-Хованскому находилась до марта 1999 года.

5 марта 1999 года вечером после работы Евгений Рыбин отправился в гости к сестре на Профсоюзную улицу — у его племянника был день рождения. Свою «Волгу» с шофером и телохранителями Рыбин отправил домой, в подмосковный посёлок Николо-Хованское, и велел часа через два-три вернуться за ним.

Когда «Волга» проезжала мимо Ново-Хованского кладбища, произошёл взрыв заложенного фугаса. Взрыв вдребезги разнёс автомобиль. Водитель Николай Федотов был убит. Контуженные охранники Рыбина, милиционеры Евгений Филиппов и Алексей Иванов, вылезли из салона и тут же попали под автоматные очереди.

Опустошив обоймы, бандиты скрылись, а раненых милиционеров подобрали водители проезжавших мимо машин. Они отвезли их на пикет ГИБДД, а уже оттуда вызвали «скорую». Розыск преступников результата не дал. Охранники оказались в больнице в критическом состоянии. Тем временем, не дождавшись своей «Волги», Рыбин вызвал вторую машину с милицейской охраной. Телохранители на этот раз приехали за патроном на бронированном «Мерседесе». Они и рассказали Рыбину о том, что произошло.

После покушений

9 марта 1999 года отмечалось, что процесс East Petroleum против ЮКОСа в арбитражном суде Вены затянулся, и, как говорили в марте 1999 года в ЮКОСе, Рыбину его никогда не выиграть.

24 апреля 1999 года было отмечено, что арбитражный суд Вены отказал в иске на $83 млн австрийской компании East Petroleum Handelsges mbH к российской нефтяной компании «Томскнефть». А пока правоохранительные органы ищут заказчиков и исполнителей, Рыбин выдвинул собственную версию: его пытаются «убрать» руководители компании ЮКОС, которая контролирует «Томскнефть». В ЮКОСе его обвинения называют абсурдными и грозят подать в суд за клевету.

В апреле 1999 года отмечалось, что хотя с момента второго покушения прошло уже почти два месяца, Рыбин до сих пор в шоке. Своё местонахождение он тщательно скрывает даже от старых друзей. Рядом с ним постоянно находятся три-четыре охранника, но для Рыбина это слабое утешение. Он убежден, что с третьей попытки его убьют точно.

В апреле 1999 года отмечалось, что по мнению руководителя пресс-службы ЮКОСа Андрея Краснова, после поражения East Petroleum в арбитражном суде в Вене, ситуация сейчас явно не в пользу Рыбина. «Нельзя исключать, что Рыбин в этой игре всего лишь промежуточная фигура. За ним стоят „серьезные“ люди, которые потеряли много денег после расторжения договора между ‘Томскнефтью’ и East Petroleum. Теперь они требуют их у Рыбина, а у него ничего нет». Более того, как говорят в ЮКОСе, сам факт взаимоотношений «Томскнефти» и East Petroleum может стать основанием для возбуждения уголовного дела. После заключения договора East Petroleum исправно получала нефть, а вот инвестиций от нее так и не дождались. «Сказать, конечно, что денег вообще не поступало, было бы неправильно,— уточняет Краснов.— От East Petroleum как-то пришло $10 тыс., и на этом все закончилось». Между тем, «Томскнефть» за счет собственных экспортных квот регулярно поставляла нефть примерно по $100 за тонну, а Рыбин перепродавал по $120. Таким образом, за два с лишним года действия соглашения прибыль сторон составила $80 млн. Поделили ее так: $8 млн Рыбин оставил на счетах East Petroleum «за услуги», $36 млн получила «Томскнефть», а еще $36 млн East Petroleum под видом западных инвестиций перевела в Россию. «О каких инвестициях вообще может идти речь,— говорит Краснов.— Это деньги ‘Томскнефти’, прокрученные через западные фирмы. Просто украсть они не могли, иначе против руководства ВНК было бы моментально возбуждено уголовное дело, и тогда было решено действовать таким образом. Причем East Petroleum не единственная компания, работавшая таким образом с ВНК».

В августе 2003 года отмечалось, что Рыбин в Словении занимается бизнесом, связанным с деревообработкой.

Расследование покушений

В ноябре 1998 года Никулинская прокуратура по факту первого покушения возбудила уголовное дело.

В ноябре 1998 года водитель и Рыбин смогли довольно подробно описать нападавшего при первом покушении: он находился от них на расстоянии около 10 метров и был без маски. В ноябре 1998 года отмечалось, что розыск киллера, пытавшегося убить Рыбина при первом покушении, успехом не увенчался.

В ноябре 1998 года следователям Никулинской прокуратуры Рыбин заявил, что никаких угроз в последнее время он не получал. Не угрожали и его семье. В России Рыбин вообще бывал лишь время от времени: он вместе с семьей уже несколько лет проживал в Австрии. Рыбин заявил, что не видит каких-либо причин для покушения со стороны деловых партнеров и конкурентов. Тем не менее Никулинская прокуратура считает деловую версию происшедшего основной. East petroleum handelsgas GmbH свыше пяти лет работает на российском нефтяном рынке. Компании принадлежит третий по величине пакет акций ВНК, а также ценные бумаги «Томскнефти» и Ачинского нефтеперерабатывающего завода. По информации из правоохранительных органов, в последнее время австрийцы вели сразу несколько судебных процессов со своими партнёрами в России. В нескольких арбитражных разбирательствах участвовала и ВНК, добывающая более 11 млн тонн нефти ежегодно. Возможно, считают в прокуратуре, нападение на Рыбина связано с одним из таких процессов. Впрочем, есть и другая версия. Покушение на управляющего ВНК — очередной эпизод в начавшемся осенью 1998 года переделе сфер влияния на столичном рынке нефтепродуктов. За месяц в столице были убиты гендиректор «Курскнефтехима», президент АО «Томск-Нефть-Восток» Александр Берлянд, председатель совета директоров АО «Юниос» Александр Григолюнас, а также совершено покушение на гендиректора ЗАО «Аэройл» Валерия Комарова (в его кабинет бросили гранату). Все эти компании, как и ВНК, являются крупнейшими поставщиками топлива в московский регион.

В марте 1999 года отмечалось, что прокуратура Западного округа Москвы, возбудившая по факту первого покушения уголовное дело, заподозрила Рыбина в инсценировке покушения — ни одной гильзы на месте преступления найдено не было. Но в ходе следственного эксперимента выяснилось, что автомат, из которого стреляли в предпринимателя, был спрятан в сумку.

В апреле 1999 года отмечалось, что по заявлению Рыбина о первом покушении прокуратура возбудила уголовное дело, а всю информацию сразу засекретила. Предварительная баллистическая экспертиза показала, что преступник стрелял из пистолета-пулемета «Агран». Из такого же оружия была убита в Санкт-Петербурге депутат Госдумы Галина Старовойтова. Но связь между этими преступлениями правоохранительные органы пока не нашли. Хотя не исключают, что в обоих случаях работали одни и те же киллеры.

При первоначальном осмотре места происшествия (после первого покушения) милиционеры не нашли никаких следов стрельбы. Поэтому в ходе следствия родственникам Рыбина стали задавать вопросы о том, не страдает ли он манией преследования.

Примерно в час ночи 5 марта 1999 года Рыбин позвонил в телекомпании НТВ и «ТВ Центр», попросив журналистов о встрече. Она состоялась через три часа на просёлочной дороге неподалёку от кладбища. Рыбин заявил, что второе покушение на него организовано руководством ЮКОСа. На следующий день представители ЮКОСа официально заявили, что ЮКОС не имеет никакого отношения ко второму покушению на Рыбина.

В апреле 1999 года газете «Коммерсантъ» писала, что Рыбин не может предъявить доказательства причастности ЮКОСа ко второму покушению на него.

9 марта 1999 года отмечалось, что крупномасштабная проверка финансово-экономической деятельности ВНК, начатая контрольно-ревизионным управлением ЮКОСа, выявила целый ряд теневых сделок, в которых принимали участие прежнее руководство компании и их партнеры. К проверке подключились сотрудники правоохранительных органов, которые собираются возбудить несколько уголовных дел по фактам хищений и мошенничества. За ними, по оперативным данным, стояли местные криминальные группировки и подконтрольные им предприниматели. Не исключено, что именно Рыбин оказался в этой истории «крайним», и поэтому на него организовывают одно покушение за другим. Эту версию наряду с некоторыми другими сейчас отрабатывает прокуратура Западного округа Москвы.

В апреле 1999 года отмечалось, что, как говорят в ЮКОСе, Рыбин не раз просил встречи с Михаилом Ходорковским, но в этом не было никакого смысла. Например, одно из посланий Рыбин закончил словами: «Считайте это письмо еще одной попыткой с моей стороны использовать все возможности (бесконфликтного) мирного решения проблем». «Это читается как завуалированная угроза, а на угрозы мы не отвечаем»,— сказал руководитель пресс-службы ЮКОСа Андрей Краснов.

В апреле 1999 года отмечалось, что милиция пока никого не нашла из причастных к двум покушениям на Рыбина, а Рыбин ждёт очередных киллеров.

В ноябре 2000 года отмечалось, что после осмотра места происшествия (после второго покушения) сотрудники МУРа опросили жителей Николо-Хованского и сотрудников ГИБДД. Выяснилось, что здесь часто появлялась белая «Нива» с волгоградскими номерами. По словам сотрудников ГИБДД, проверявших машину, в ней были люди с удостоверениями майоров ФСБ. Оперативники проверили более 600 владельцев белых автомобилей этой марки, но чекистов среди них не оказалось. Тем не менее им удалось выйти на владельца «Нивы». Им оказался бывший боец спецназа ВДВ, житель Волгограда Евгений Решетников. При обыске у него в гараже был найден ствол автомата. Экспертиза показала, что из него стреляли в господина Рыбина. Кроме того, супруга Решетникова на допросе сказала, что однажды ее муж привез домой $12 тыс., которые запретил тратить, сказав, что они еще не отработаны. Следствием было доказано, что эти деньги в доме Решетникова появились вскоре после первого покушения на Евгения Рыбина. Кроме того, управляющий East Petroleum опознал в Евгении Решетникове того человека, который стрелял в него в ноябре 1998 года,— по его словам, он запомнил это лицо на всю жизнь.

В апреле 1999 года газета «Коммерсантъ» писала, что согласно оперативной информации, расследование этого дела может привести к весьма интересным результатам. Так, ещё до приватизации ВНК в 1992—1994 годах генеральным экспортером нефти, добытой «Томскнефтью», являлась компания «Югра-импекс». Заграничным получателем выступала швейцарская компания из Лозанны Rosko S.A. Но в 1995 году все изменилось. «Югра-импекс» была выведена из схемы экспорта нефти, а ее заменил «Торговый дом „ВНК“» во главе с бывшим руководителем УКГБ по Томской области Михаилом Коробовым (он, кстати, являлся и топ-менеджером Rosko S.A.). Вокруг этих перестановок пролилось немало крови. Самым громким стало убийство президента Югорского коммерческого банка Олега Кантора. «Югра-импекс» держала свои счета, через которые проходили десятки миллионов долларов, в Югорском КБ и была зарегистрирована по тому же юридическому адресу, что и банк. После того как ТД «ВНК» получил карт-бланш на реализацию томской нефти, ситуация несколько стабилизировалась. Но в 1998 году, после приватизации ВНК ЮКОСом, произошло новое убийство: в октябре в Москве застрелили президента компании «Томск-Нефть-Восток» (ТНВ) Александра Берлянда, человека имевшего непосредственное отношение к «Томскнефти» и знакомого Евгения Рыбина. На протяжении многих лет ТНВ (её расчетный счет некоторое время также находился в Югорском КБ) в обмен на нефть поставлял продукты и потребительские товары. После прихода в ВНК новых владельцев Берлянд, как и Рыбин, потерял доступ к томской нефти.

В декабре 1999 года сотрудники Московского уголовного розыска задержали бывшего спецназовца ВДВ Евгения Решетникова, который подозревается в покушениях на Евгения Рыбина.

В декабре 1999 года отмечалось, что следователи уверены, что кто-то использовал Филимонова в качестве приманки для покушения на Рыбина (впрочем, ЮКОС какую-либо причастность к нападению на предпринимателя отрицает). Расследование первого покушения почему-то попытались замять: разбитые пулями оконные стекла за одну ночь были вставлены, а стрельба из автомата была выдана за баловство детей петардами. Даже почти все стреляные гильзы кто-то аккуратно собрал.

В декабре 1999 года отмечалось, что поиски преступников усилились. Тем более что после неудавшейся попытки убить Рыбина появилась оперативная информация о готовящихся покушениях на его друга, бывшего заместителя главы Томской области, а ныне замминистра топлива и энергетики Гурами Авалишвили и одного из адвокатов управляющего East Petroleum. Он представлял интересы компании в австрийском арбитражном суде, где она второй год судится с ЮКОСом, пытаясь вернуть вложенные в месторождения деньги. В ходе оперативно-розыскных мероприятий сотрудникам МУРа удалось выйти на красную «Ниву», которую гаишники проверяли за три дня до взрыва в районе Николо-Хованского. По словам инспекторов, во время проверки находившиеся в ней Решетников и Шевцов предъявили им удостоверения майоров службы собственной безопасности ФСБ, а также спецталон «Без права досмотра и проверки багажа». Один из гаишников на всякий случай записал исходные данные «чекистов» в свой блокнот. Позже выяснилось, что удостоверения были фальшивые, а вот номера и серии документов — действующих сотрудников ФСБ. Все это и позволило выйти на тех, кого так долго искали. Для задержания преступников из Москвы в Волгоград отправилась целая группа оперативников. Решетникова взяли в его авторемонтной мастерской, которая на самом деле оказалась цехом по изготовлению оружия. Здесь были найдены разобранные снаряды, из которых выплавляли тротило-гексогеновую смесь, многочисленные запчасти к различным видам огнестрельного оружия и груда патронов к ним. Кроме того, муровцы нашли и сменный ствол от «Борза», из которого Решетников пытался расстрелять Рыбина. По оперативным данным, за убийство предпринимателя ему обещали $20 тыс. Как утверждает Рыбин, бланки удостоверений сотрудников ФСБ он купил на Комсомольской площади в Москве при содействии местных милиционеров за 1000 рублей. Шевцова также попытались задержать в Волгограде, но оперативникам не повезло: Шевцову удалось раскидать шестерых милиционеров и скрыться. Потом его все-таки поймали, но Мособлпрокуратура, не найдя против него улик, за недоказанностью отпустила. А Решетникову старший следователь Никулинской прокуратуры Александр Белятко уже предъявил обвинение в незаконном хранении, изготовлении и сбыте оружия. На днях ему собираются инкриминировать и покушение на Рыбина, который и по фотороботу, и на очной ставке опознал в Решетникове человека, стрелявшего в него.

17 декабря 1999 года газета Коммерсантъ писала: «Единственный вопрос, на который пока не может ответить следствие: кто же все-таки заказал убийство нефтяного генерала?».

В 1999 году в качестве свидетеля по делу был допрошен вице-президент ЮКОСа Леонид Филимонов.

В сентябре 2000 года отмечалось, что у дома в Николо-Хованском милиционеры однажды заметили «Ниву» с иногородними номерами. Ее принадлежность Решетникову установили довольно быстро. Поначалу его задержали лишь за хранение патронов и использование поддельного удостоверения сотрудника ФСБ. Однако когда его вместе с тремя похожими мужчинами показали Рыбину, тот опознал в нем киллера, пытавшегося убить его в ноябре 1998 года. На вопрос предпринимателя, зачем Решетников в него стрелял, тот, ничего не отрицая, ответил: «У меня тоже дети…» Чей заказ выполнял Решетников, следствию выяснить так и не удалось. Рыбин настаивал на том, что его устранение выгодно ЮКОСу, а его адвокаты обращали внимание на детали, свидетельствующие, на их взгляд, в пользу данной версии. Так, допрошенный вице-президент ЮКОСа Леонид Филимонов поначалу отрицал, что в тот вечер лично пригласил Рыбина к себе домой, хотя последний предъявил следствию письменное приглашение Филимонова. Кроме того, выяснилось, что служба безопасности ЮКОСа незадолго до покушения запрашивала в Центральном адресном бюро адрес Рыбина, что, по мнению адвокатов, также может говорить о причастности к покушению.

В сентябре 2000 года отмечалось, что версию Рыбина о том, что заказчиков покушения на него следует искать в нефтяной компании ЮКОС, следствие сочло недоказанной.

В сентябре 2000 года в Мосгорсуд поступило уголовное дело по обвинению Евгения Решетникова в покушении на убийство Евгения Рыбина.

В сентябре 2000 года отмечалось, что Мосгорсуд пока решил вызвать на допрос из ЮКОСа лишь одного Филимонова, однако адвокаты Рыбина собираются просить о допросе и других руководителей компании. Между тем начальник пресс-службы НК ЮКОС Андрей Краснов сказал: «Рыбин — это мелкая сошка, которая давно уже крутится вокруг ЮКОСа, извлекая для себя максимальную выгоду. Я также не исключаю, что скандалы вокруг Восточной нефтяной компании [в которую входит „Томскнефть“] сознательно инициируются некоторыми недовольными бывшими руководителями ВНК». По-видимому, пресс-служба имеет в виду в первую очередь бывшего главу ВНК, а затем министра топлива и энергетики Виктора Калюжного, который, по словам адвокатов, дал на следствии показания о том, что в физическом устранении Рыбина заинтересован ЮКОС.

В сентябре 2000 года отмечалось, что Рыбин считает, что нападения на него организовал ЮКОС, у которого он уже два года пытается отсудить $36 млн. Рыбин не раз заявлял журналистам, что его устранение выгодно ЮКОСу. Дескать, нефтекомпания таким образом хотела закрыть имущественный конфликт с австрийцами. До 1998 года по договору о совместной деятельности East Petroleum экспортировала нефть «Томскнефти». За время действия соглашения прибыль сторон составила $80 млн. Поделили ее так: $8 млн Рыбин оставил на счетах East Petroleum, $36 млн получила «Томскнефть», оставшиеся $36 млн East Petroleum вернула в Россию под видом иностранных инвестиций. Подобный вид репатриации выручки тогда практиковали многие экспортеры. После того как ЮКОС в конце 1997 года стал владельцем «Томскнефти», он отстранил East Petroleum от работы (смена трейдера после смены владельца компании — нормальная предпринимательская практика в России). В качестве ответной меры австрийская компания потребовала от новых владельцев «Томскнефти» компенсацию в размере «инвестированных» $36 млн. ЮКОС платить отказался и, по версии Рыбина, решил с ним расправиться. Однако есть другая версия. Покушения могли быть попытками запугать Рыбина — ведь сам предприниматель от них совершенно не пострадал. После того как East Petroleum была отлучена от «Томскнефти», она осталась должна многим контрагентам, среди которых, по сообщениям томской прессы, были и криминальные структуры. Евгению Рыбину, по-видимому, так и не удалось с ними расплатиться. Поэтому получение денег с ЮКОСа для него действительно вопрос жизни или смерти.

В сентябре 2000 года отмечалось, что интересы Рыбина в Мосгорсуде представляют специалисты адвокатской конторы Александра Добровинского. Этот юрист ранее уже вел дело против ЮКОСа, требуя выплаты $22 млн по иску австрийской фирмы Birkenholz. Так же, как и East Petroleum, эта фирма была лояльна по отношению к прежнему топ-менеджменту «Томскнефти». Если у Добровинского появится шанс доказать в суде, что покушения связаны с претензиями к ЮКОСу, Рыбин получит серьезный рычаг воздействия на нефтекомпанию в решении имущественного спора.

В ноябре 2000 года отмечалось, что доказать, что Решетников участвовал во втором нападении на Рыбина, следствию не удалось. В итоге Решетникова обвинили в одном покушении, а также использовании поддельных документов сотрудника ФСБ и хранении оружия. В числе прочих свидетелей на судебном процессе выступил и вице-президент компании ЮКОС-ЕР Леонид Филимонов. Он подтвердил, что приглашал к себе домой господина Рыбина, после чего последнего кто-то пытался убить. Кроме того, господин Филимонов подтвердил факт разрыва контракта между ЮКОСом и фирмой господина Рыбина, однако отмел все подозрения в адрес своей компании.

На процессе против Решетникова в Мосгорсуде гособвинитель Никулинской межрайонной прокуратуры Татьяна Моисеенко (её привозили на процесс под усиленной охраной) потребовала приговорить Евгения Решетникова к 17 годам лишения свободы — очевидно, с учетом оперативной информации о том, что подсудимый мог участвовать и в нападении на машину с охранниками господина Рыбина.

В ноябре 2000 года отмечалось, что Рыбин утверждал, что нападение на него было организовано топ-менеджерами ЮКОСа, однако эта версия отпала еще на стадии следствия.

13 ноября 2000 года Мосгорсуд вынес приговор Евгению Решетникову, который был признан виновным в покушении на Евгения Рыбина. Решетников был приговорён к 11 годам лишения свободы (ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 ч. 2 п. «з» УК РФ).

24 ноября 2000 года отмечалось, что Евгений Решетников виновным себя так и не признал и собирается оспорить приговор Мосгорсуда от 13 ноября 2000 года.

В августе 2003 года отмечалось, что после процесса в Мосгорсуде над Решетниковым дела о покушениях на Рыбина взяла в своё производство прокуратура Московской области, которая вскоре приостановила следствие.

В июне 2003 года Генпрокуратура затребовала уголовное дело вначале для проверки, а потом возобновила по нему производство. При этом представителями прокуратуры страны было заявлено, что это дело теперь имеет прямое отношение к НК ЮКОС.

В июле 2003 года отмечалось, что Евгений Рыбин судился с ЮКОСом в Томске, Австрии и Бельгии, требуя $80 млн, и добился только того, что ему было инкриминировано отмывание денег. В ЮКОСе признают, что покушения на господина Рыбина случались, но его богатая биография имеет к ним гораздо большее отношение, чем нефтяники.

В июле 2003 года говорилось, что Рыбин заявил, что нападения организованы руководством ЮКОСа. Доказать обвинение ему не удалось.

В июле 2003 года отмечалось, заказчиков и других исполнителей покушений на Рыбина Генпрокуратура ищет до сих пор.

7 августа 2003 года отмечалось, что на прошлой неделе в Генпрокуратуре побывал Евгений Рыбин. По словам его представителей, их шеф целых три дня давал показания, прерываясь только на обед.

4 августа 2003 года повестку с вызовом в Генпрокуратуру получил бывший адвокат Рыбина Александр Добровинский. Однако его встреча со следователями так и не состоялась. «Когда я приехал в прокуратуру, выяснилось, что пропуска мне не выписали,— рассказал Ъ Александр Добровинский.— Я постоял, покрутился и уехал обратно». «А вообще-то, что происходит в стране? — вопросом на вопрос ответил Ъ адвокат Александр Добровинский и добавил:— Когда господин Рыбин обивал пороги прокуратуры, к его голосу никто, к сожалению, не прислушивался, а теперь его снова вспомнили, и мне это непонятно».

 

«Семья»

Сын — Рыбин Вадим Евгеньевич — Член фракции «Единая Россия» в Законодательном Собрании Нижегородской области, Генеральный директор ФКП «Завод им.Я.М.Свердлова»

 

«Связи / Партнеры»

Ходорковский Михаил Борисович — Российский предприниматель, общественный и политический деятель, публицист. В 1997—2004 гг. был совладельцем и главой нефтяной компании «ЮКОС». Арестован по обвинению в хищениях и неуплате налогов 25 октября 2003 года

 

«Компании»

Восточная нефтяная компания, East petroleum handelsgas GmbH

 

«Новости»

 

Бухгалтерия может сдетонировать

 
На ФКП «Завод им. Я. М. Свердлова» прошла масштабная выемка документов, которую в рамках доследственной проверки провели специально прибывшие из Москвы сотрудники ФСБ. Источники „Ъ“ сообщают, что за финансово-хозяйственной деятельностью руководства оборонного предприятия силовики наблюдали около года, фиксируя разного рода нарушения. Гендиректор предприятия Вадим Рыбин ушел в отпуск и был недоступен для комментариев, как и его заместители.
 

Пожизненный приговор Пичугину оставлен в силе, несмотря на решение ЕСПЧ

 
Президиум Верховного суда России отказался отменить пожизненный приговор бывшему главе службы безопасности ЮКОСа Алексею Пичугину, ранее признанному виновным в организации убийств и покушений.
Сам Пичугин на заседании не присутствовал и отказался выступать по видеосвязи из колонии.
«Приговор Московского городского суда в отношении Пичугина оставить без изменения, апелляционную жалобу защиты — без удовлетворения «, — говорится в определении президиума.
 

СКР выясняет, где находится Ходорковский

 
Местонахождение Михаила Ходорковского устанавливает Следственный комитет России. Это необходимо для начала его экстрадиции в Россию. Экс-совладелец нефтяной компании «ЮКОС» обвиняется в тяжких преступлениях.
Сейчас расследуется уголовное дело по обвинению предпринимателя Михаила Ходорковского в совершении особо тяжких преступлений, связанных с убийством мэра Нефтеюганска Владимира Петухова и покушениями на убийство управляющего компании «Ист Петролеум Хандельсгез м.б.Х» Евгения Рыбина, пояснила официальный представитель Следственного комитета России Светлана Петренко. По этим уголовным делам уже осуждены Леонид Невзлин, Алексей Пичугин, Геннадий Цигельник, Евгений Решетников и Владимир Шапиро.
 

Путеводитель по «второму делу ЮКОСа»

 
В 10 вопросах и ответах
Как возникло второе «дело ЮКОСа»?
Второе дело против Михаила Ходорковского и Платона Лебедева было заведено в январе 2005 года, когда бывшие владельцы некогда крупнейшей нефтяной компании страны еще только ожидали развязки первого процесса. Новая порция официальных обвинений была им предъявлена в феврале 2007 года, а два года спустя в Хамовническом суде города Москвы начались слушания по этому делу.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

3 + 7 =