Search
Generic filters
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in excerpt
r="ltr" style="text-align: left;" trbidi="on">

Российская преступность: Кто есть кто (Глава 1-4)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 5-6)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 7-8)  
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 9-10) 
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 11-12)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 13-14) 
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 15-16)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 17-18)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 19-20)

Российская преступность: Кто есть кто (Глава 21-23)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 24-25)

ПУШКИНО

«Папа вернулся!»Такими заголовками
столичные газеты летом 1995 года отметили «тайное» возвращение
негласного хозяина Пушкинского района  Московской области Акопа
Юзбашева. Возвращение с «исторической» родины — на  «малую».  Кто такой
Юзбашев и почему его давно уже считают одним из столпов российской
организованной преступности? Для тех, кто сколько-нибудь интересуется
криминальным бытием страны, это не вопрос.Тем удивительнее,что
возвращение Акопа ознаменовалось двумя  большими статьями в
«Коммерсанте» , в которых Папа  (такова его уголовная кличка) 
предстает  чуть ли не великомучеником и, уж во всяком случае, человеком
интересным, совестливым и крайне полезным для нынешнего общества.
 
В одной из статей для пущей  убедительности приведена  даже 
его родословная: «Акоп  Юзбашев,по его словам, происходит из древнего
княжеского рода.  Его дед был  наместником  императора  Николая  II  в
Туркестане.  Звали  его  Акоп-Бек  Юзбашьянц.  Императору почему-то не
понравилось окончание фамилии,  и наместник  стал  Юзбашевым.  Бабушка
Акопа  Юзбашева  по  матери была армянской еврейкой,  однако Юзбашев в
Армении никогда не жил.  Родился он в  Кировабаде,  затем  переехал  в
Саратовскую область и наконец перебрался в Москву».
 
Несмотря на свою «голубую кровь»,  Юзбашев собрал под свое
начало самых  отпетых  негодяев  со  всего  Пушкинского  района и
прилегающих населенных пунктов — и кровь,  только не голубая,  а
красная,  потекла рекой.
 
Как и в большинстве аналогичных группировок,  пик разборок 
между бригадой Юзбашева и ее конкурентами пришелся на 1993 год.  Весной
того года в болоте возле Пушкина были выловлены два трупа местных 
жителей. Следователи выяснили,  что последние,  с кем общались
несчастные, были телохранители Акопа Юзбашева. Их видели вместе на
дискотеке. Затем два парни  были  избиты  до  полусмерти и в багажниках
автомашин увезены в неизвестном направлении.  Их вздувшиеся трупы
обнаружили только  через три месяца.
 
Затем «пропал без вести»житель Пушкина Дмитрий Болдин- приятель
дочери Акопа Юзбашева Карины, — его так и не нашли.  Оперативники
зафиксировали,  что накануне исчезновения люди из юзбашевской  бригады
обстоятельно расспрашивали  знакомых  Болдина  о его местонахождении.
Затем в областной РУОП поступило заявление  от  Юзбашева  о  том,  что
братья  Анатолий  и Сергей Соколовы (Соколята,  лидеры конкурирующей с
Юзбашевым группировки) похитили его дочь Карину и требуют выкуп в  300
тысяч  долларов, а  также учредительные документы фирмы «Строительный
двор».Соколовых арестовали и  поместили  под  стражу  в  «Матросскую
тишину»,   однако,   по   мнению  сотрудников  ГУОПа,  похищение  было
инсценировано.   Попытка   расправиться    с    противниками    руками
правоохранителей — обычная тактика лидеров нынешних бандформирований.
 
Все эти  похищения,  исчезновения   и   убийства  
сопровождались триумфальным шествием рэкета по всему Пушкинскому
району.  Не желающие платить дань «пушкинской братве»  в  срочном
порядке  закрывали свои предприятия и   переезжали  в  более 
безопасные  районы.  Остальные оказывались под одной большой «крышей». 
 
Слава о    группировке    Юзбашева   докатилась   до  
столичного милицейского начальства, к оперативной разработке пушкинцев
приступило Главное управление по борьбе с организованной
преступностью.Это дело взял  под личный контроль  начальник   отдела  
разработки   лидеров преступной  среды  ГУОПа  МВД  России полковник
Дмитрий Медведев.  Мне довелось с ним (уже после его отставки) несколько раз  встречаться,  и
поэтому  все подробности операции по разгрому группировки Юзбашева мне
известны, что называется, из первых рук.

Штурм особняка 
Юзбашева в поселке Лесном был назначен на 18 июня того же 93-го года. До
этого в течение нескольких дней за домом велось наблюдение ,подчиненные
Медведева воочию убедились в том, что по вилле Юзбашева расхаживают
вооруженные до зубов урки.
 
В штурме  участвовало более 30 хорошо оснащенных сотрудников
МВД.  Они всерьез опасались, что встретят вооруженное сопротивление ,
поэтому сопровождали атаку  автоматными  очередями поверх голов. 
Первой  жертвой  милиции стал сторожевой пес.  По словам очевидцев, 
после захвата дома всех присутствовавших (более 30 человек) положили на
пол,  обыскали. А затем якобы посадили в  бассейн и, положив  поверх 
голов  арматуру, подключили  электрический  ток — чтобы  не 
высовывались. Последнее Медведев категорически отрицает: «В бассейн под
арматуру с током людей засовывают только  в  скверном  боевике.  А  вот
обнаруженный на даче арсенал действительно заинтересовал бы киношников».
 
Было изъято: восемь автоматов, снайперская  винтовка,  более
десятка гранат, тротиловые шашки. Не много ли для честного бизнесмена,
каким выставляет Юзбашева «Коммерсант»? Кстати, некоторые «стволы», по
утверждению специалистов из ФБР,  находились в то время  исключительнона
вооружении у натовских спецподразделений.Еще десяток «стволов» был
обнаружен у человека,  состоявшего в юзбашевской  фирме  на  должности
прораба  (по  другим данным — директора).  Кроме того,  обнаружили 300
бочек фиктивной водки.
 
В машине Акопа были найдены три загранпаспорта, один из которых
— дипломатический  (в  главе  о  русской  мафии  за   рубежом   мы  
уже рассказывали,  каким  образом  и  по  каким  ценам добываются
подобные «ксивы»).  Документы были оформлены чисто — были абсолютно
подлинными. Позже  было  возбуждено  уголовное  дело  по факту взятки
руководящему
сотруднику МИДа. По оперативным данным, этот паспорт  обошелся Юзбашеву 
всего в тысячу  «зеленых». Их поделили упомянутый  сотрудник и
посредник — некто Зарезов.  Оба в  ходе  следствия  чистосердечно 
признались  и  оставшиеся  неистраченными  доллары  вернули  (но данное
дело все равно развалилось). Именно по этому факту и  были получены
санкции на  арест и этапирование Юзбашева,  которому  во  время штурма 
удалось  сбежать через  окно и отсидеться у знакомых в Пушкинском
районе.
 
Примечательно, что  при  обыске виллы Юзбашева была обнаружена
фотография начальника Пушкинского УВД в интерьере  этой  дачи.  Позже
милицейский    начальник   утверждал,   что   его   никто   здесь  не
фотографировал.  Но разве можно не заметить вспышку «Полароида»? Кроме
того,  судя по снимку, он явно позировал. Так или иначе, этот факт его
милицейской карьере не помешал.
 
По словам  Анатолия  Соколова, Юзбашев давал  милицейским чинам
«гонорары» в деньгах и автомашинах. А  также  создал  прелюбопытную
коллекцию видеозаписей, компрометирующих некоторых сотрудников органов
внутренних дел.  Так, после застолья в ресторане Дома кино милицейские
чины  с девочками  отправились на «блатхату» на проспекте Мира. Там
через  специальное  отверстие  в стене оператор  Юзбашева  дотошно
зафиксировал все, что в этот момент происходило в комнате.  Собранный
компромат позволял Юзбашеву говорить на  равных  со  многими  высокими
милицейскими   начальниками.   Так  что  главный  милиционер  Пушкина,
наверное,  за  честь  считал  попозировать  на  вилле  у  влиятельного 
«бизнесмена».
 
Рассказывает Дмитрий Медведев:  «{Юзбашеву  инкриминировали 
лишь дачу взятки. А судить его следовало бы как главаря банды. Ведь
банда — это  устойчивая  вооруженная  группировка,  созданная  для 
совершения  преступлений.  И Юзбашев создал именно банду. К сожалению,
уголовное дело нарочито  раздробили  на  кусочки: один  стал отвечать за
хулиганство,  другой  —  за  хранение  оружия,  третий — за подпольный
водочный цех,  четвертый — за вымогательство.  А за  участие  в  банде
никто в итоге не ответил. Никто не ответил за убийство людей.
  
Мы доказали,  что два парня оказались в болоте именно после
того, как их до полусмерти  избили  юзбашевцы. Те  твердят,  что 
выпустили парней неподалеку от своей дачи.  Прокуратура вторит: 
«Доказательств, что убили именно они,  нет».  Были и  другие 
аналогичные  эпизоды.  В Америке суд присяжных усадил бы  этих бандитов
на  электрический стул. А у нас их осудили по 206-й — «за избиение из
хулиганских побуждений». И все получили по 2-3 года. Хранитель
упомянутого арсенала — вообще год. Большинство из них уже на свободе  и 
приступили  к  «работе».  А  сам  Юзбашев  раздает про меня гнусные
интервью израильским корреспондентам.
 
Дело банды  Юзбашева еще раз продемонстрировало и другую
причину, по  которой  мы   не   в   состоянии   справиться   с  
организованной преступностью.  Большинство  свидетелей  отказались  на 
суде от своих  первоначальных показаний. И неудивительно: их избивали,
их взрывали, в них стреляли. Их никто не защищал. Между тем на Западе
вопросам защиты
свидетелей  посвящены  целые  тома  законов.  А  от наших   сограждан по-прежнему ждут проявления личного мужества…}»

Сам
Папа, отсидевшись в Подмосковье,перебрался в Грузию, откуда продолжал
координировать работу своих»коммерсантов» и наставлять их в борьбе с
Соколятами. В 1994 году поднялась новая волна разборок.  Зимой 
застрелили  друга братьев Соколовых Павла Роднова. Вероятно, «ответным»
выстрелом через некоторое время был убит телохранитель Папы  Александр Малов.  Погиб и его брат Владимир.  В марте киллер добрался и до самих
Соколят — в подъезде собственного дома был застрелен  Соколов.  Вскоре
избили до полусмерти и его брата.

Между тем  
расследование    большинства    фактов    пушкинского «беспредела» 
по-прежнему  буксовало.  Рассыпалось  и  «экономическое» дело,  которое
также  инициировали люди  Медведева. Они  предприняли проверку  главной 
юзбашевской  фирмы «Torolla  Production».Как уже говорилось,было изъято
300 бочек спирта,судя по липовым документам и повышенному  
содержанию   сивушных  масел,  изготовленного  кустарным способом в
подпольном цехе. Затем  правоохранители  накрыли  водочный завод в
поселке Лесном, где «Столичная» и «Распутин» выпускались без всяких
лицензий.Еще одно обнаруженное   гуоповцами   водочное производство 
было  закамуфлировано  под  выпуск  безобидных фруктовых напитков — в
этой водке сивушные масла уже вдвое превышали  допустимую норму. Расчеты
за спиртное делались, естественно, наличными, к тому же в долларах. 
Углубленную проверку по этим фактам проводило  управление по  борьбе с
экономическими преступлениями УВД Московской области.Но одного из
юзбашевцев кто-то  научил написать  заявление о том,что сотрудники  УЭП
вымогают   у   него   взятку.  Тут  же  закрутилась контрпроверка. И в
итоге дело спустили на тормозах.
 
По утверждению Медведева,  часть денег Юзбашев отмывал и в
теперь уже знаменитой фирме знаменитого модельера Юдашкина.  Мало кто 
знает, что   самое   непосредственное   участие   в  создании 
мастерской  на Кутузовском проспекте принимали Соколята — тогда еще
верные юзбашевцы. В  руководстве   фирмы   состояла  Людмила  Руцкая, 
жена  тогдашнего
вице-президента страны.  При обыске на даче Юзбашева  была  обнаружена
фотография,  запечатлевшая  вместе  Людмилу Руцкую и Акопа Юзбашева на
форуме модельеров в Париже. 

Вскоре и  сам  Александр  Руцкой
стал закадычным другом Папы.  Не случайно Руцкой предложил Юзбашеву
стать  вице-президентом  его  фонда «Возрождение».  И  Папа  якобы
согласился.  Правда,  впоследствии свое участие в фонде категорически
отрицал.  Но можно ли считать  случайным совпадением  тот  факт, что 
фирма  Юзбашева  «Torolla  Production»
находилась в том же здании на Мясницкой, что и фонд «Возрождение»?
 
Да
и  сам  Руцкой не скрывал своей дружбы с Юзбашевым.  Он не раз приезжал
на юзбашевскую дачу и парился со своим  приятелем  в  баньке.
Вице-президент  России  даже подписывал ходатайства о выделении лидеру
крупнейшей региональной группировки земельных  участков  в  Пушкинском
районе.   Поговаривали,   что   с   криминальными   элементами,  щедро представленными в избирательном списке руцковской партии «Держава» (по
этому   поводу   был   нешуточный  скандал),  уже  экс-вице-президента
познакомили не без посредничества Юзбашева.

Был свой 
бизнес  и  у Соколят. Мозговым  центром их банды стал молодой 
вундеркинд  из  Харькова Николай   Костючков,   учредивший
внешнеэкономическую   ассоциацию  «Эй-би-эй».  С  помощью  пресловутых
фальшивых авизо Костючкову и его подручным удалось похитить из  банков
Подмосковья  без  малого  30 000 000 долларов!  Использовав остроумную
цепочку  финансовых  операций,  он  переправил  большую   часть   этих
капиталов  в банки Западной Европы.  Говорят,  что вскоре харьковчанин
стал одним из богатейших предпринимателей столицы.Когда в Москве было
всего  пять «Линкольнов» с шестью дверями,  два из них принадлежали
Костючкову. Удачливый бизнесмен спонсировал того же Юдашкина, ручкался
с   Руцким  и  Жириновским.  Завел  Костючков  дружбу  и  со  знатными
правоохранителями.
 
Начальник хозяйственного    отделения   московского  
Управления внутренних  дел  на  водном  и  воздушном   транспорте  
майор   Рябов познакомился  с  Костючковым,  когда  тот  попросил 
помочь  майору  с авиабилетами.  Завязались тесные «партнерские» 
отношения.  Их  венцом стало  обналичивание похищенных Костючковым 
денег  через  магазин  пайков и заказов,  находившийся в ведении
Рябова.  Между магазином и одним из дочерних предприятий костючковской
ассоциации «Эй-Би-Эй» ТОО «Пасьянс» был заключен фиктивный договор,  по
которому полагалось  получить  500 миллионов   рублей   в  
«Элексбанке».   Правда,  операция  сорвалась: руководство банка 
своевременно  обнаружило  липу  и  выдачу  наличных прекратило (40 миллионов обналичить все же успели).

Костючков
в долгу перед Рябовым не остался: майор и еще несколько важных
милицейских чинов — в том числе начальник отдела ХОЗУ областной
милиции,  замначальника  управления  подготовки  кадров  ГУВД  Москвы,
начальник Московского УВД на воздушном и водном транспорте (все сплошь
полковники и подполковники)  —  отправились  в  вояж  по  Италии.  При получении  загранпаспортов, которое также организовал Костючков, все они
были представлены как сотрудники»Эй-би-эй».  А поездка  была,  по
бумагам, не туристическая, а сугубо деловая.

Флоренция и 
Венеция  Рябову  понравились.  Взаимовыгодное сотрудничество  с
Костючковым продолжилось.  Следователи отследили,  к примеру,  такую
любопытную операцию.  Фонд «Дети Москвы» разместил  на складе  у Рябова
несколько десятков тонн гуманитарной помощи.  25 тонн должны были отойти
малообеспеченным и многодетным  семьям  сотрудников УВД,  а  также  семьям погибших.  Кое-что действительно отправилось по
назначению.  Но 20 тонн из 25 было *раздарено* работникам транспортной
прокуратуры,   того   же   управления   кадров  и   прочим   «нужным»
правоохранителям,  а также  —  сотрудникам  фирмы  «Эй-би-эй».  Вскоре
пушкинцы стали считать майора своим человеком.  Говорят, он подружился и с  матерью  Костючкова  Раисой,  и  с  убитым  впоследствии  Сергеем
Соколовым,  и  многими   другими   симпатичными   жителями   тихого 
подмосковного городка.  В тот же период эксперты отмечают  целую  серию 
странных манипуляций со складским товаром.
    
Заслуги Рябова начальство оценило. Когда он  уже фигурировал  в
деле  Костючкова, его  внезапно переводят на  должность заместителя
начальника отдела по работе с личным составом (хотя  Рябов,  выпускник 
пищевого института, не имеет даже юридического образования) и досрочно
присваивают звание подполковника.
 
А вскоре   ему   предъявляют   официальные   обвинения: хищение
государственного имущества в особо крупных размерах,  получение взятки
в  особо крупном размере (в качестве таковой рассматривалась поездка в
Италию), должностные подлоги и злоупотребление служебным положением.
Но высокопоставленные  покровители,  вероятно,   не  понаслышке
знакомые с богатым содержимым складов Рябова,  в беде его не оставили. 
С уголовным делом против подполковника, видимо,  не случайно 
выделенным в отдельное производство  (так  проще  всего любое  дело
прикрыть), происходили  такие же чудеса, как  и  со складским  товаром.
Из Генпрокуратуры его  отфутболили  в  прокуратуру  Москвы,  оттуда  —  в
транспортную прокуратуру, оттуда — снова в Генеральную, оттуда — снова в
транспортную.  А  Рябов  тем  временем  долго  и  упорно  лечился  в
госпитале.  К  тому  моменту,  когда  он  окончательно вылечился,  все
подозрения в его нечистоплотности уже отпали. Следствие прекратили.
 
А вот  Костючкова  все  же отправили за решетку. В его
отсутствие  несколько прибыльных торговых домов возглавил  Анатолий 
Соколов.  А харьковский вундеркинд продолжал давать ему ц.у. прямо из
тюрьмы.»{Толик, брат!  Мы не должны потерять друг  друга. Я знаю, как
завидовали  другие  нашему единству… Толик, мы обязательно сделаем
нашу организацию сильной — обязательно. Главное,  чтобы каждый из нас
знал — мы опора друг другу,  которую можно снести только с головой и с
нашими миллионами.  Какое настроение у  пацанов?  Ты  же  знаешь,  что
кто-то очень рад Серегиной смерти[Позже Анатолий Соколов говорил, что
убийство его брата Сергея  заказал  прямо  из тюрьмы сам  Костючков.
(Здесь и далее прим.  авт.)].  Толик,  не запускай «Би-эм-си»[Торговый
дом,  принадлежавший Костючкову.].  Это место нужно сохранить до моего освобождения.  За два года на воле мы сделаем все, что нам нужно. Что
касается тюрьмы — в глазах всех достойных пацанов я в грязь лицом не
ударю.Что с финансами? Трудности большие?Пиши обо всем. Если есть «белый
порошок»-хоть вспомнить!  — загони,  когда сможешь.Если даже сейчас к
этому отрицательно относишься, сделай. И передай денег либо в рублях
тысяч 700 или 500 долларов купюрами по 50″.
 
А вот какие записки в это время писала его мамаша: «1. Вариант освобождения под залог и на доследование,  под  залог желательно
к 2 декабря,  к дню рождения. 35 + благодарение. 2. Вариант под залог к
2 декабря и признания невиновности по окончании суда. 35 + 65. Вопросы
решаются в течение недели. Любые после вашего сообщения}».
 
Но всем этим планам не суждено было исполниться.  У Костючкова
не было такого сильного прикрытия, как у подполковника Рябова.  Судебный
процесс над ним начался в ноябре 1996 года в Раменском суде.  Несмотря
на  то  что  многочисленные тома этого небезынтересного уголовного дела
отослали в глухую периферию,  в самый что ни на  есть  заштатный  суд,
процесс все-таки мог бы стать сенсационным.  Дело в том, что показания 
чуть  было не согласился дать  сам  Анатолий  Соколов,  брат  убиенного
Сергея.

Он неожиданно для всех отослал в несколько 
инстанций  заявления, что  хотел  бы дать показания по поводу бизнеса
«братана» Костючкова -но только не на суде, а в более конфиденциальной
обстановке. Поскольку опасается за свою жизнь. (Как оказалось, не зря.)
Он мог бы рассказать все,  как было на самом  деле,  показать,  где 
спрятаны  вещественные
доказательства,   способные  решить  судьбу  и  самого  Костючкова,  и
руководителей его дочерних фирм,  получавших деньги на расчетные счета
своих банков,  а затем привозившие наличные рубли  (или, чаще, доллары) 
прямо в сейф к «финдиректору» пушкинской группировки.
 
О причинах  такой  откровенности  можно было только
догадываться. Говорили,  что выживший Соколенок решил завязать — и с
криминалом, и с наркотиками.  Он  отошел  практически  от всех дел своей
«братвы»,  не участвовал в «стрелках»  и  разборках, вел весьма
скромный и даже уединенный образ жизни. Более  того, долго и упорно
лечился от наркомании и добился в этом деле кое-каких успехов.
 
Но, увы  —  у  «бригадира»  век  не  долог,  если
перефразировать известную строчку из песни Окуджавы.  Уход от насущных
проблем родного бандформирования «братишки» воспринимают как
предательство.  Готовность давать показания — стучать!  — даже  против 
не  самого авторитетного борца  — как предательство вдвойне. Соколенку
оставалось только одно: «мазать лоб зеленкой».
 
В ночь  под  Новый  год  он  нарушил  свой  обет отшельничества
— появился-таки  в  родной  компании.  И  сорвался  —   выпил  
лишнего. Дальнейшее  было  делом  техники.  И  даже  не  потребовалось
идти  «на мокрое».  Услужливый приятель предложил  ему  «нюхнуть».  А 
Анатолий, которому было нельзя, себя уже не контролировал. И нюхнул…
 
И обвинение лишилось, возможно, самого главного, единственного
серьезного свидетеля.  И хотя суд тянулся еще несколько месяцев, стало
ясно, что ни черта они не установят — да и не хотят устанавливать. Так  и
произошло.  Дело, как водится, вернули на доследование. А следователь 
провозится для проформы еще полгодика — и по-тихому прикроет.  Обычное
российское правосудие…

Однако вернемся к «авторитетному»
другу Руцкого. Уже  в Израиле Папа  повстречался  с еще  одним 
известным  человеком  —  Дмитрием Якубовским, «генералом Димой».
Российские спецслужбы зафиксировали как минимум две такие встречи. Более
того,  удалось выяснить и  содержание их  бесед.  В  феврале  94-го  в 
стамбульском  отеле  «Шератон» два  «генерала»   обсуждали  
«проблему   выплаты  внешних  долгов  России» (формулировка газеты 
«Коммерсант»).  Юзбашев  предложил  прокручивать средства, 
предназначенные для погашения внешнего долга,  в коммерческих банках 
(как впоследствии выяснилось,  эта блестящая мысль посетила  не только
его голову).  Якубовскому идея якобы понравилась, но он выразил сомнение  в  возможности  таких  операций  без  поддержки  влиятельных политиков. 
 
Вторая
встреча    происходила    в    тель-авивской     гостинице
«Александрия».  Адвокат назвал Юзбашезу имена нужных людей, с которыми
необходимо поделиться. По данным газеты «Куранты», в беседе прозвучали
имена Владимира Шумейко и Алексея Ильюшенко. Якобы предполагалось, что
доля Юзбашева в этой сделке составит 33 процента,  а две трети получат Дмитрий Якубовский и его телохранители.
    
Впрочем, по мнению
Медведева,  основной целью приезда Якубовского в  Израиль  было 
уточнение  деталей  предстоящей  кражи  рукописей из петербургской
библиотеки. Акоп, имеющий обширные связи в международных криминальных 
кругах,  свел адвоката с будущими исполнителями — шестью израильтянами. Любопытно, что, когда  делегация  МВД посещала Израиль, Юзбашев
настойчиво добивался встречи с тогдашним министром  внутренних  дел
Виктором Ериным.  В итоге с Акопом повидался помощник министра Савелий
Тессис.  Юзбашев утверждал,  что у него есть  компромат  на  известных
людей, в  том числе на  Якубовского — в обмен на гарантии
неприкосновенности в случае возвращения в Россию.  В  ответ  ему  было
сказано,  что  никаких гарантий  ему не дадут,  но если совесть чиста —
пусть приезжает.

И все  же  Папа вернулся.  Некоторые
наблюдатели считают,  что   из Израиля он не просто уехал,  а
опять-таки  сбежал.  Хотя  и  утверждал израильской газете «Вести»,  что
чувствует здесь себя в безопасности и  не торопится возвращаться в
Россию.  Возможно, планы изменились, когда им  вплотную  занялся 
знаменитый борец с организованной преступностью
генерал полиции Таль.  Поначалу «предприниматель» перебрался в США, но и оттуда его турнули.

Зато жители  родного  Пушкина  встретили  Папу  хлебом-солью,   а местная милиция, по слухам, сразу же предоставила ему охрану.
 
Вскоре он был уже на коне. Вновь наладил производство
алкогольной продукции,  не  потеряв  связи  и  с  Израилем — там у него
фабрика по производству котлет и сосисок из  сои.  А  после  того  как 
Александр  Руцкой стал губернатором Курской области, Юзбашев, по слухам,
переехал к старому другу — экономическим советником. Но когда  об 
этом  стало  известно журналистам, из областной администрации по-тихому
ушел.
    
Впрочем, и пушкинских «братков» не забывает,  держит их в узде.
А то ведь мужики сурьезные, при оружии. За ними — глаз да глаз…

ПОДОЛЬСК

Это 
«промышленное  подбрюшье»  столицы,  город  технарей-оборонщиков  по
воле  рока породил  одно  из  крупнейших  мафиозных образований не
только  Московского региона,  но, возможно,  и  всей России  (не считая,
конечно, бандформирования  Северного  Кавказа). Шутка  ли — две  с
половиной  тысячи  «стволов»?! Именно такие цифры  называют сегодня
криминологи, оценивая армию подольских головорезов.
Еще один  подольский  рекорд  —  сумма  наворованного  у 
наивных вкладчиков.  По  разным  подсчетам,  речь  идет  от  одного 
до   трех триллионов  рублей  (в  ценах  93-94-го годов).  Столько 
наличности не  удалось изъять у доверчивого населения ни   «МММ»,  ни  
«Русскому  дому Селенга»,   ни   «Чаре».   Связь   подольских  бандитов 
и  подольских
пирамидостроителей уже ни у кого не вызывает сомнения.

Впрочем,
тому,  кто  хоть  раз  побывал в этих каменных джунглях, более-менее
ясно, какая атмосфера взрастила тысячи и тысячи подольских уголовников. 
Не  случайно  у  самого  города  в достопамятные времена  появилось
прозвище: Падальск.
 
Одним из   основателей   подольской   преступной  группировки, 
о появлении которой в московском уголовном мире заговорили в конце 
80-х годов,  и  бессменным  ее  руководителем  является сорокалетний
Сергей  Лалакин по кличке Лучок.  Лалакин —  классический  «авторитет» 
нового типа.  Парадокс — но он не имеет ни единой судимости и кличку
приобрелвовсе не на зоне.  По одной версии,  свое  прозвище  он 
получил,  еще будучи   учеником   средней   школы.   По   другой  —  за 
то,  что  в доперестроечные времена начинал трудовую деятельность на
овощной базе.  Друзьям он якобы говорил,  что именно там прошел первую
школу бизнеса.  Закончив ПТУ,  он  отслужил  в  десантных  войсках,  а 
потом  работал мясником.   С  конца  80  годов  Лучок  вместе  с 
приятелями  занялся «бизнесом»:  зарабатывал на  наперстках  и 
«куклах»  (возле  обменных пунктов  предлагал  простачкам доллары по
выгодному курсу и подсовывал  пачку валюты, в которой лишь верхние и
нижние купюры были подлинными).
 
Постепенно Лучок  становится лидером молодых уркаганов, 
оттесняя  от «власти» в Подольске старую воровскую элиту  — 
карманников.  Самым авторитетным  лидером «новой волны» считался Сергей
Попов (Поп). Но в 1990 году он от дел отошел,  получив 2,5 года за 
вымогательство. Его место в группировке  ненадолго  занял «авторитет»
старшего поколения  Николай Игнатов (Седой),  контролировавший
автобизнес.  Но в  какой-то  момент Лучку надоело двоевластие. Конфликт
был урегулирован бескровно:  Седой просто собрал пожитки и уехал.  Поп,
освободившийся в 1993 году,  тоже не стал качать права,  согласившись на
роль  «бригадира» . С тех пор в его ведении  находятся  фирмы-данники 
подольских, специализирующиеся на  торговле  нефтепродуктами. 
Наставника  из  числа воров в законе в группировке нет до  сих  пор, 
хотя  подольские  имели  весьма  теплые отношения с Отари Квантришвили и
Иваньковым-Япончиком.
  
Кроме Попа, в  «бригадирах»  долгое время числились братья
Губкины, Витя  Подольский,  братья  Ворошевы,  Армян  и Мефодий —
«правая рука» Лучка. Бизнес группировки  развивался  по классической
схеме-от контроля над  наперсточниками  и  перепродажи  автомобилей  до 
более солидных проектов.  Один из первых — покупка техцентра  на 
Варшавском шоссе, чему предшествовала жестокая разборка с дагестанцами.
Сказалось и  полученное  на  овощной  базе  образование  Лучка:   под  
контроль группировки  попадают  коммерческие  структуры,  занимающиеся
импортом товаров народного потребления и продуктов питания. Например, в
самом начале  90-х  «под  крышей» подольских уютно расположилась фирма 
«Жесави»,  которая благодаря эффективной рекламе собрала с  российских
потребителей более 30 миллионов долларов под поставку в Россию сахара.
Естественно,  деньги  пошли  на  совсем  другие  цели  —  на   покупку
недвижимости и на заграничные счета.
 
Постепенно под  контролем   подольской   ОПГ   оказались,  
кроме собственно  Подольска,  Чеховский  и  Серпуховской  районы 
Московской области и,  соответственно, большинство находящихся на этой
территории коммерческих  организаций  —  в том числе банков,  нефтяных
компаний и даже продюсерских фирм.
 
Одним словом,  к  середине  90-х  подольские  стали  одной из самых  хорошо организованных  и  богатых  преступных  группировок 
Москвы  и  Московской области. По связям и оборотам средств Лучок, по
утверждению  криминологов,  на определенном этапе превзошел  самого 
Сильвестра.  С мнением Лалакина считались многие «авторитеты»
преступного мира и даже видные воры в законе.  «Но за место под солнцем
Лучку  и  его  друзьям предстояло еще побороться.
 
Как и в других мафиозных образованиях постсоветской России, первая волна разборок в Подольске прокатилась в 1992 году.
 
Одной 
из  первых  жертв  молодой  подольской банды стал  неоднократно
судимый  уголовник  Сергей  Федяев  (Псих),  объединявший  вокруг себя
«синяков»  (судимых   уголовников),   которых  Лалакин  одновременно
побаивался и  презирал.  Конкурирующая  бригада  была  обезглавлена в
августе 1992 года во время «стрелки» у кафе «Бистро»  на  Серпуховском шоссе.  Как установили приехавшие на место происшествия милиционеры, в
суровом мужском разговоре последнее слово взяли два  автомата  и  один
пистолет.  Банду «синяков» обезглавили в прямом смысле:  полусожженный 
труп  Психа   с отрубленной головой был обнаружен  через  день  в 
глухой деревне  под  Подольском.  Раненый  шофер  Психа  Андрей Хромов
(Пузырь) сумел добраться до больницы,  оттянув  «встречу»  с шефом на
пять  дней.  Но  именно  благодаря  этой отсрочке мы знаем,  что речь
идет о первом  подвиге  Лучка.  Перед смертью  Пузырь успел назвать
имена  двух  друзей Лалакина,  участвовавших  в  перестрелке.  Впрочем,  на  расследовании
уголовного дела это не отразилось  —  оно, как и полагается, было вскоре
приостановлено. 
 
Вторым конкурентом  Лучка  стал 
подольский  «авторитет»  Николай Соболев  (Соболь),  в  чью  бригаду 
перешли люди Психа.  Конкурентом, отметим,  весьма опасным —  имевшим 
за  плечами  12  лет  лагерей  за предумышленное  убийство.  На свою
сторону он переманил и «авторитета» Александра  Романова  (Романа), 
которого  поддерживал  сам  Глобус  и
который уже успел «проредить» ряды лучковцев,  застрелив на подольском
рынке лидера одной  из  подольских  бригад  Анатолия  Стрелюка,  друга
Лалакина. Однако ни коалиция с Соболем, ни поддержка Глобуса Роману не
помогли.  10 марта 1993 года два автоматчика в масках почти  в  центре
Подольска   превратили   его   «Мерседес»   в   решето.   Сразу  после
девятидневных поминок по Романову пропал и Соболь.  Через пару месяцев
его  разложившийся  труп был выловлен из Пахры в Домодедовском районе.
Хотя в кармане Соболя были найдены  записки с номерами автомобилей,
один  из  которых  вспомнила  сестра  убитого —  машина  с  таким 
номером  незадолго до исчезновения брата сидела у них на хвосте, — и по
номерам даже вычислили московскую фирму,  находящуюся под  «крышей»  у
Лучка,  —  следствие и на этот раз далеко не продвинулось.
 
Несла ощутимые  потери  и  команда  Лучка.  В июне 1993 года
возле  своего дома в Щербинке  был  расстрелян из двух автоматов — как
и  Роман —   руководитель   щербинской   бригады   (структурного 
подразделения подольской группировки) Валентин  Ребров.  Он  промучился 
в  больнице целый  месяц,  но  так  и  не  выкарабкался.  Помимо 
основного «места работы»,  он  выполнял  и  «общественные»  функции:  был  «разводящим» 
(третейским  судьей)  на разборках.  Бизнес щербинских был традиционно
связан  со  строительством  коттеджей  и  автосервисом.  Не исключено,
что и этот  расстрел  произошел не без ведома уголовного хозяина
Подольска — по неподтвержденной информации,  Ребров отказался платить 
в  «общак». Преемник  Реброва  «бригадир»  Сергей  Ульянов  (Ульян)  был
уже более покладистым.
 
Подольский «авторитет», 29-летний мастер спорта по классической
борьбе Владимир Губкин (контролировавший автомагазин «Ландо» и магазин
«Автозапчасти» на южном отрезке МКАД), пережил своего друга Реброва на
четыре месяца. Он пытался залечь на дно, некоторое время отсиживался с 
семьей в поволжской деревушке — и все же вернулся в Подольск,  где его
уже ждала пуля киллера.  На сей раз исполнителей удалось арестовать по
горячим  следам.  Как  и  следовало  ожидать, это  были  «стрелки»  из
подольской  группировки  —  Алексей  Чумаков  и  Анатолий  Дячко 
(Дячок),  также  их  коллега  из  ореховской бригады Дмитрий Малюк.
Следователи вышли и на заказчика — «бригадира» группы киллеров 
Геннадия  Звездина (за   чрезвычайно   волосатую  грудь  прозванного  Пушком),  менеджера
подольского ТОО «Современник», находящегося под «крышей» у ореховских.
«Девятка», из которой расстреляли Губкин. принадлежала Малюку, в своюо
чередь получившему ее от Пушка.  Отменно исполнив заказ,  киллеры это
дело  отметили  — «тепленькими» их и повязали.  Когда дело об убийстве. Губкина  слушалось  в  Московском  областном  суде,  в  зал  заседания
неожиданно  ввалился брат покойного,  подольский «авторитет» Александр
Губкин  (он  же  Рыжий,  он  же  Штольц),  вместе  с   дюжиной   своих
головорезов.  Он  потребовал  отдать  киллеров  ему  «на  поруки».  На
следующий день заседание  было  объявлено  закрытым. И  все  же дело
отправили  на  доследование,  поскольку  выяснилось,  что  стреляли не 
только из машины Малюка,  но и из другой точки — возможно,  из машины
самого Пушка.  Последний, кстати, к тому времени был уже на кладбище  — 
он пережил свою жертву ровно на сорок дней, что наталкивает на мысль 
о  мистических  наклонностях  мстителей.  Кстати,  и  Соболя убили в
день поминок по Роману (на девятый день).
 
Сфера подольского   влияния   уже  не  ограничивается 
Московской областью. У «силовых министров» Лучка — братьев Ворошевых —
появляются  свои  бригады в Уренгое и Киеве.  Лучок заводит дружбу с
красноярскими «авторитетами». Очень радушно его принимали в саяногорском
заповеднике «Столбы»,  а  влиятельный  красноярский  мафиози  по кличке
Бык вообще считает Лучка своим другом.  Именно Лучок предупредил Быка о
том, что другой красноярский «авторитет» Липнягов (Ляпа) нанял киллеров
для его убийства. Бык их перекупил, и Ляпа погиб.
 
В сферу интересов группировки попал и Волгоград. Этот город и
стал новой ареной боевых действий, каких здесь не видели  со  времен
Сталинграда.  Первым  погиб   (в  подъезде собственного дома)  «крестный
отец»  волгоградской мафии,  профессиональный борец  Владимир  Стариков
(Казак),  контролировавший Центральный район города. Следующей жертвой стал «авторитет» Михаил  Сологубов  (Сологуб).  Палач  стрелял  поверх
бетонного  забора,  стоя  на  капоте автомобиля,  в тот момент,  когда
Сологуб выходил из бани.

По подозрению  в  их убийстве  в 
начале декабря 1993 года в Москве  волгоградской  милицией  при 
посредничестве столичных  правоохранителей был арестован бывший
спецназовец Станислав Культин.Служба в армии ему пригодилась:  по
оперативным данным,  он  возглавлял  бригаду  наемных убийц.
 
Станислав Культин  родился  в  1970  году  в   Подольске,  
после десятилетки  поступил  в  Военно-инженерный институт в
Ленинграде,  но учиться там не стал,  а окончил ПТУ  по  специальности 
«автослесарь». Попал  по призыву  в   десантники,   оказался  вместе 
со  своей  десантно-штурмовой  бригадой  в  Нагорном  Карабахе,  был 
контужен.  Демобилизовавшись,   некоторое   время   проработал 
таксистом,  потом охранником в московской  фирме  «Проматех»,  следящей 
за  порядком  в московском универмаге «Северянин»,  а потом — не оставляя официального
места работы — подался на более высокие заработки.  Как считает  РУОП,
он сколотил бригаду киллеров из таких же,  как он,  демобилизовавшихся 
спецназовцев и омоновцев и начал отрабатывать заказы «авторитетов».
 
На след  Станислава  Культина  сотрудники  Генпрокуратуры вышли
в процессе  расследования  13  убийств  в  Подольском  районе,  
Москве,  Красноярске и Волгограде. Сначала по фактам убийств было
возбуждено 10  уголовных  дел,  а  затем  Генпрокуратура  объединила  их
в одно производство и создала  следственную  группу из 22 человек. 
Забегая  вперед,  скажем,  что результаты ее деятельности оказались 
более  чем  скромными: все дела были приостановлены, а к уголовной
ответственности удалось   привлечь   только   двух    человек,   
подозревавшихся    в   непосредственном   исполнении  заказов. 
Доказать  же  удалось только незаконное хранение ими огнестрельного
оружия, за что оба получили  небольшие сроки.
 
По данным волгоградских  милиционеров, убийство Казака  заказал
Культину волгоградский «авторитет» Анатолий Никишин, ставленник Лучка.
Подозрения  следователей  в   отношении   Культина   основывались  на
показаниях   очевидцев  убийств  Казака  и  Сологуба.  Однако  Культин
заявлял, что в Волгограде никогда не был и его, наверное, перепутали с 
имевшим похожую внешность телохранителем Лучка по имени Андрей.

Доказать ничего не удалось,  но через  9  дней после задержания
Культин, находясь в волгоградском ИВС, неожиданно   сам  дал
признательные показания.  Правда,  от убийства Казака  и  Сологуба   он 
открещивался,  зато  взял  на себя гибель в марте 1993 года Александра 
Волкова,  «бригадира» подольских рэкетиров, работавших в Москве. В той
же  бригаде  якобы  состоял  и сам Культин. Приостановленное дело об
убийстве Волкова было вновь возбуждено — но увы… Как только Культина перевели  в другой следственный изолятор,  он от всех своих показаний
немедленно отказался.  Выяснилось,  что он просто хотел  вырваться  из
волгоградского  ИВС,  где  его  якобы пытались убить местные бандиты  в 
отместку за гибель Казака.  (По другим данным, приказ о его ликвидации 
выдали   сами  подольские  «авторитеты»  —  о  чем  Культину  сообщили следователи,  прокрутив в доказательство своих слов аудиопленку.)  Так
или  иначе  дело  об  убийстве  Волкова  опять  приостановили.  Так же
пришлось поступить и с делами по Казаку и Сологубу.

Мало
что   дали  и показания Культина  о  бригаде  вымогателей, созданной
ранее судимым москвичом  Игорем Васильевым,  которая  также работала  на
группировку Лучка.  Самого Васильева убили в декабре 1992  года,  а его
преемника Андрея Андреева  (уроженца  Чехова,  отставного  офицера)
расстреляли в подъезде в феврале 1993 года.  Андреев числился  в
руководстве упомянутой фирмы «Проматех», где долгое время трудился и
Культин.   После   гибели   отставного  офицера  бригада  перешла  под
руководство Волкова,  который, по словам Культина, разделил  ее  на
«любимчиков»  и «неугодных»,   из-за   чего  начались  нескончаемые
конфликты. Интересно, что все, кого Культин назвал в числе «неугодных» 
Волкову,   согласно   оперативной  информации,  являлись  членами его
собственной бригады киллеров.  Все эти люди,  по показаниям  Культина,
присутствовали   при   убийстве  Волкова.  И  снова  мистика:  Волкова 
расстреляли на сороковины по Андрееву.
 
Бригада Культина  имела  деловые  связи  с директором
московского универмага  «Северянин»   Борисом   Ивановым.   При   его  
содействии «бригадиры»  приобрели  по  машине «Альфа-Ромео».  Как уже
говорилось, официально эти отношения были оформлены как охрана магазина.
Но и здесь не обошлось без конфликтов. Когда директор попытался
расторгнуть договор  с  охранниками,  он  был  жестоко  избит  людьми 
Культина  в собственном   кабинете.  Более  того,  ему  вскоре 
пришлось  и  вовсе  уволиться  из  магазина.  У Культина же  «по
доверенности»  оказалась его  «Альфа-Ромео».  Лишь  после  ареста
«охранника» машину вернули хозяину.
 
Показания Культина почему-то не добавили  следователям  ни 
одной улики   против   него  (сотрудники  городского  суда  рассказали, 
что заинтересованность   в  этом  деле  проявили  члены  подольской
администрации). Он бы и вовсе отделался «легким испугом»,  если бы не
случай.  Для очистки совести  оперативники  решили  все-таки  провести  
обыск  в  гараже  отца Культина — и на сей раз им повезло:  был найден
пистолет  «ТТ».  Еще  один  пистолет  нашли  в  автомобиле  одного  из приятелей  Культина. Данные экспертиз подтвердили, что оба «ствола»
принадлежали именно Культину.В итоге  подольский  городской   суд
приговорил  Культина  к  трем  годам  лишения  свободы  за  незаконное 
хранение оружия (ст. 218 УК РФ). Позже кассационная инстанция смягчила
наказание до двух лет.
  
А битва за Волгоград продолжалась. В апреле 1995 года в своем
подъезде был  застрелен «авторитет» Александр Кусмарцев,  в мае погиб
«бригадир» Владимир Теняков (Патефон).  Летом по подозрению в соучастии 
в  этих  преступлениях  в  Москве был арестован бывший чемпион СССР по
дзюдо Анатолий Никишин, член бригады Культина. При аресте у него было
изъято  поддельное  удостоверение  сотрудника службы охраны Президента
России (аналогичная «ксива»,  как выяснилось,  была  и  у  Михася).  В
начале  80-х годов Никишин получил длительный срок за свой ратный труд 
в  составе волгоградской банды Нестерова,  на счету которой  —  десятки
грабежей и полдюжины убийств.  В начале 90-х дзюдоист вышел на свободу
и,  по всей  видимости,  продолжил  уголовную  карьеру  в  группировке волгоградского  «авторитета» э 1 Владимира Кадина (в 1993 году,  после
того как на  него было совершено пять покушений, он переехал за
границу). Чемпион СССР   сотрудничал   и   с  лидерами  подольской
группировки. Говорят,  именно  он   привлек   подольских   к   дележу
волгоградского  «пирога».  Уже через несколько дней после ареста
Никитина пришлось отпустить. Следователи объясняют это сильным 
давлением  со  стороны Генпрокуратуры,  Госдумы и Московской городской
думы.
 
К середине 90-х положение в Подольске  и  его  окрестностях
стабилизировалось,  и «авторитеты» с «бригадирами» занялись  серьезным
бизнесом. Одним из наиболее удачных проектов подольских стала печально
известная «Властилина».
 
Если исходить из стандартной  версии, согласно которой»Властилина» — «мыльный  пузырь», то внешне процесс его  «надутия» выглядел 
следующим  образом,  40-летняя  уроженка Сахалина со средним
техническим образованием в 1991 году прибыла в Москву,  вышла замуж  и
открыла  индивидуальное частное предприятие «Дозатор»,  занимавшееся  в 
Люберцах торгово-закупочной деятельностью.  Затем супруги переехали  в 
Подольск, организовав при электромеханическом  заводе  (крупнейшем
оборонном предприятии)  нечто  вроде  заводского  магазина, 
торговавшего  дешевыми  холодильниками,  стиральными  машинами  и 
прочими полезными вещами.  «Правой  рукой»  Соловьевой  был  
замдиректора   завода   по
производству  товаров  народного  потребления  Валентин  Камлюк. 
Позже,  когда  ИЧП  «Дозатор»  превратился в ИЧП «Властилину», под 
крылышко к Соловьевой   перешли   еще   два   заводских   начальника  — 
зам.  по строительству Хрущев (кстати,  бывший секретарь заводского
парткома) и начальник цеха товаров народного потребления Черногоров.
Известно, что осенью 93-го года перед объявлением о сборе
средств под  супердешевые автомобили Валентина Соловьева на некоторое
время из Подольска исчезла.  О том,  с кем она встречалась и от  кого 
получила средства  для  дальнейшей  деятельности (возможно,  что и
инструкции), ходят самые противоречивые слухи.  Слухи,  однако, к делу
не пришьешь.
Непреложно  одно:  «властительница» получила огромный даже по нынешним
временам кредит.  По сведениям — 30 миллиардов рублей. Случайным людям
таких денег не одалживают.

На эти миллиарды у дилеров АЗЛК и
АвтоВАЗа была закуплена  первая  партия  автомобилей,  которые госпожа
Соловьева решила продавать себе в  убыток.  В  конце  января,  когда 
первые   счастливчики   уехали   из  «Властилины»  на  почти  дармовых
авто,  многие подольчане,  скопившие некоторую толику долларов, страстно
возжелали стать клиентами чудесной фирмы.  Новых  собранных  средств хватило на то,  чтобы расплатиться с кредиторами и закупить еще одну партию машин.

По версии следователей, для продолжения своих рискованных манипуляций г-жа Соловьева стала  закупать  на  автозаводах неукомплектованные  машины  за половину их себестоимости. Привыкшие к
браку россияне мирились с  дефектами авто  от  «Властилины»,  радуясь
большому выигрышу в цене.
  
Если  эта  официальная  версия  и 
соответствует действительности,  то она  все  равно  мало что
проясняет.  Во-первых,  большинство клиентов «Властилины» по-прежнему
продолжали получать новые, вполне качественные машины.  Во-вторых,  
многие   приобретали   иномарки. В-третьих, слух  о бракованных 
автомобилях  моментально  бы распространился в среде пайщиков и
непременно сыграл роль антирекламы.
   
Не выдерживает  критики  и  версия  о   пирамидальном  
характере финансовой деятельности подольской фирмы.  Дело в том,  что ни
одна из  подобных  компаний  не  выплачивала  своим  вкладчикам более
30 процентов  в  месяц.  Вкладчики  «Властилины»,  начиная  с мая
94-го,  четыре месяца подряд получали сто процентов ежемесячно.
 
Кроме того, обороты большинства аналогичных компаний не
превышали сотен миллиардов рублей.  Руководство ассоциации обманутых
вкладчиков считает, что общие потери российских вкладчиков за «годы
реформ» (не считая ущерба,причиненного Сбербанком и «Властилиной»)
составляют 20 триллионов  рублей. А одна «Властилина» собрала то ли 10
триллионов (версия инициативной группы обманутых вкладчиков),  то  ли
17  триллионов  (версия  газеты  «Коммерсант»),  то ли 21 триллион
рублей (версия ныне подсудимой г-жи Соловьевой).  Ни «пирамидой»,  ни
укрытием от налогов, ни  хитрыми  договорами  с  автозаводами  такую 
поистине  сумасшедшую  раскрутку,  произведенную фактически  с  нуля, 
объяснить  невозможно. «Суперскоростные»  деньги  приносят только два вида бизнеса:  торговля 
оружием  и  наркотиками.  Но  никаких  прямых  улик  в   такого   рода
деятельности  г-жа  Соловьева не оставила.  Не считая одной косвенной: 
«Властилина»  прекратила  свое  существование  аккурат  перед  началом 
чеченской войны.

Ясно, что без  надежного  прикрытия  «Властилина» до всех этих
триллионов никогда бы не добралась. О том, кто прикрывал Валентину 
Соловьеву,  можно судить,  исходя  из  следующих  наблюдений.  В  
«новом  русском»  районе Подольска  на расстоянии 20 метров друг от
друга стоят два коттеджа-близнеца сказочной красоты. Оба  —  от 
«Властилины»: с  сентября  94-го  года  фирма стала осваивать коттеджное
строительство. Первый   особняк   принадлежит    одному    из   
главных    городских  правоохранителей.  Второй — Лучку. Когда Соловьеву
арестовали, в его дневнике нашли записи, подтверждающие факты
перечислений значительных сумм в подольский «общак».
 
Среди подольского криминалитета популярность г-жи Соловьевой
была не меньшей,  чем среди простого народа. По крайней мере,  на
вопрос, многие ли городские бандиты несли деньги в ее фирму, мне было
отвечено  категорично:  «Все!»  Разовые  вклады  этих  граждан 
исчислялись  сотнями  «лимонов»,  а  то  и  миллиардами.  Наиболее 
солидные  суммы  привозили московские мафиози. Один положил на свое имя 14 миллиардов рублей.

После
того как г-жа Соловьева скрылась,  с роковой  неизбежностью
последовала  серия  разборок.  Крутые  москвичи  пытались  надавить на
подольских посредников,  через которых шла перекачка финансов. Одному
бедолаге-посреднику   за   бегство   хозяйки   «Властилины»   пришлось
расплачиваться джипом и коттеджем,  от нее же  и  полученными.  Многие
лишились  своих  квартир. По некоторым  данным, московские «авторитеты» 
с  просьбами о помощи  с  возвратом денег обращались напрямую к Лучку.

Впрочем, судя по тому, что Валентине позволили (а может, и помогли) убежать и так   долго   скрываться   от   кредиторов  и правоохранителей,  верхушка  подольской  группировки  в  проигрыше  не
осталась. Правда, есть другая версия, по которой предпринимательницу
привезли в Подмосковье сибирские мафиози — для отмывки своего
«общака».Они же ее и прикрывали.  В  любом  случае  деятельность
«Властилины»  до  какого-то  момента была выгодна всем,  кому было что 
приумножать.
 
Именно с   точки  зрения  приумножения  своих  сбережений 
фирмой  заинтересовались  и  правоохранительные  органы.   Сначала  
новенькие «тачки»  получили  работники  УВД Подольска.  Позже к
сотрудничеству с  фирмой (разумеется,  через посредников) подключились 
правоохранители  Москвы,  Московской  области,  России.  Не  брезговали
и судьи — когда готовились к процессу над Соловьевой, в Московской области долго  не
могли найти «нейтральный» суд,  работники которого не потеряли бы (или
не приумножили) в ее фирме свои сбережения.

Милиционеры
установили около офиса «Властилины»нечто вроде подольского поста э 1.Они
же и регулировали прохождение очереди. Для внеочередников была
установлена  такса, растущая в соответствии с темпом инфляции. Изредка
милиционеры  даже  соглашались  передать  по назначению  определенную 
сумму  денег.Мне рассказывали  один такой случай: очередной мафиозный
нарочный приехал с несколькими чемоданами денег в неприемный  день и
принялся твердить милиционерам, что ему приказано сдать именно сегодня.
Стражи порядка вошли в его положение и чемоданы забрали.
 
Наличие двойной,криминально-правоохранительной крыши не
исключало существования еще более высоких покровителей.  Многие 
уверены,  что г-жа Соловьева потому и была  столь  любима  и  пестуема
людьми  в  форме,  что они знали или догадывались о спущенном «сверху»
благословении на деятельность фирмы.
 
В этой  связи  чаще  всего  фигурирует  фамилия Шумейко,  на
даче которого Валентина якобы скрывалась от правосудия.  Но многие 
говорят  (правда,  это  могут  быть всего лишь  домыслы) и о высоком
покровительстве  самого  премьера.  По  некоторым  данным,   в   офисе
«Властилины»  была  установлена  «вертушка».  Кое-кто видел премьера у 
входа в офис во время его приезда в Подольск. Есть сведения о том, что 
все  кредиты  г-жа  Соловьева  получала  через банк,  имеющий доступ к
бюджетным средствам.  А также о том,  что по личной просьбе премьера в
сентябре  1994  года Соловьева погасила задолженность правительства  по 
зарплате  волнующимся  шахтерам Тульской области.  Не  потому  ли 
именно в  сентябре  начались первые перебои с выплатой дивидендов? 
Наконец,  19  октября г-жу Соловьеву видели входящей в Белый  дом. 
Многие  уверены, что  она  приходила за  новым  кредитом  (возможно,  и
новыми указаниями). На  следующий  день  она скрылась…
 
Однако нагляднее всего связи подольской «братвы» с официальными
властями проявились в период борьбы за установление  контроля  над
мотелем  «Солнечный»  на  южной окраине Москвы.  Напомним,  что именно 
здесь  проходила  знаменитая  воровская  сходка  сотни  «авторитетов» 
и  воров  в  законе  по  поводу дня рождения Захара. Праздник сорвался:
около  70 лидеров преступной среды были  задержаны  руоповцами  и 
муровцами, которые  надеялись  таким  образом  улучшить криминальную
обстановку в столице.
 
Через три года после этих бурных событий коллектив гостиницы
неожиданно для себя узнал, что у мотеля  с  благословения  столичных
властей появился новый хозяин — АО «Анис», планирующее создать на базе
«Солнечного» и прилегающей к  нему    территории  «единый
гостинично-торговый комплекс, супермаркет, стоянку для легковых
автомобилей, таможенный пост и детский парк».  Гостиничные  работники 
стали  забрасывать гневными  письмами  всевозможные  инстанции.  В
письмах подчеркивалось,  что,  во-первых,  гостиничный комплекс находится не в
Москве,  а в области, а во-вторых, в свое время был заключен договор с
«Мосинтуром» об аренде здания гостиницы  сроком  на  20  лет,  сам  же 
кемпинг  построен  на  народные  деньги  для  обслуживания иностранных 
автотуристов.  Но все эти «условности» столичные власти, похоже, вовсе не смущали.

Возможно, разгадка кроется в списке акционеров
«Аниса» — фирмы, которую в свое время на территории мотеля «Солнечный»
приютил бывший директор «Рус-отеля» А.  Соколов (перешедший на работу в
московскую мэрию) и которая, обустроившись, решила выжить самих хозяев.
 
Итак, акциями фирмы владели (к началу 1995 года): Петр Сапрыкин
— министр  правительства  Москвы,  начальник департамента
муниципального  жилья,  Юрий Жуков — заместитель начальника
муниципального предприятия  «Главснаб»   правительства  Москвы,
Александр Соколов — сотрудник  департамента  внешних  связей, а также
жены Виктора Коробченко  — тогдашнего   первого   заместителя  
премьера   столицы,  руководителя комплекса социальной защиты, и Бориса
Ларшина — сотрудника московского  управления  ФСК,  курировавшего 
«Солнечный»,  позже  ставшего  заместителем  гендиректора «Аниса» А. 
Мухамедшина. Но самое любопытное имя в списке — вице-президент фирмы
Сергей Николаевич Лалакин. Он же — герой нашего повествования,
«авторитет» по кличке Лучок.
 
Что связывает всех этих людей, что у них общего? — вопрошала в
свое время Лариса Кислинcкая, криминальны обозреватель ИТАР-ТАСС (та 
самая,  которой  в  одном  из  интервью  угрожал  сам  Япончик  и с
которой  долго  судился Иосиф  Кобзон). Действительно, кого только не
было среди постоянных гостей  фирмы  «Анис»! И подольские, и липецкие, и
люберецкие,  и  Квантришвили  (по   предложению   Отари   Витальевича,
Мухамедшин был  спонсором  российской  команды  на  зимней Олимпиаде).
 
Незадолго до описываемых событий фирму посетил еще более
высокий гость-сам московский мэр. К руководству «Рус-отеля» он не
заходил, общался только с Мухамедшиным,  затем поехал к нему в Жабкино
(там был выстроен  почти настоящий средневековый замок),  где откушал
плова и у стен с бойницами и башнями дал интервью московскому
телеканалу. Надо ли говорить, что фирма  была  освобождена от значительной
части налогов и к тому же имела право на беспошлинный  ввоз  в  страну
спиртного и сигарет.

Вскоре Лучку  представилась  хорошая 
возможность  испытать  свои связи на прочность.  11 октября 1995 года
новостные телетайпы  передали  информацию  с  пометкой  «срочно» :
сотрудниками  РУОП  ГУВД  Москвы  сегодня  совместно  с  Главной 
военной  прокуратурой задержан лидер подольской преступной группировки
Сергей Лалакин,  более  известный  под  кличкой Лучок.  Как  сообщили
корреспонденту ИТАР-ТАСС в РУОПе, ему вменяется хищение в особо крупных
размерах мошенническим путем.
 
Поводом для уголовного преследования Лучка послужил тот
факт,что в 1993году на часть денег,выделенных Министерством  обороны 
одной фирме на строительство дома в Смоленске для офицеров-танкистов из
ЗГВ, руководящая верхушка другой группы войск — подольской 
криминальной  — приобрела  у  ЛОГОВАЗа три джипа «Гранд Чероки».  Один
из них достался уголовному «генералу».  Узнав о  начале  следствия.  Лучок  немедленно
выехал в Израиль, где провел несколько месяцев и удостоился чести быть
объявленным (Главной военной прокуратурой) в федеральный розыск.Когда он
осмелился вернуться,  правоохранительные  органы сразу же были об этом
оповещены,  и 10 октября Лучок был арестован на своей  подольской вилле.

Двухэтажный особняк  в  Подольске,  принадлежащий 
Лалакину,  был окружен   около  десяти  вечера.  Операция  прошла 
спокойно.  В  доме  находились  только  сам  Лучок  с  супругой,  его
водитель и телохранитель. Вызывавшая   опасение   огромная  
сторожевая   собака   не  причинила беспокойства милиционерам: услышав
команду хозяина «Фу!», она спокойно
удалилась на свое место.

В ходе обыска практически ничего
противозаконного  обнаружено  не было,  разве что коллекционные сабля и
кинжал — они,  согласно закону, являются холодным оружием.  Все личное 
имущество  и  автомобиль  джип  «Чероки»  (вероятно,  тот  самый,  хотя 
«авторитет» сказал, что это подарок друзей) были оформлены на супругу,
а  потому  изъятию  не  подлежали.   Сия   акция   получила   очень  
хорошую  прессу.  Газеты соревновались в осведомленности по поводу
личной  биографии  Лалакина, открыто говорили, что он — «{один из
известных преступных авторитетов, входящих в первую десятку  крестных 
отцов  нашей  мафии.  Он  владеет недвижимостью  в  Москве,  имеет
собственность в Голландии,  Израиле». «Задержание Лалакина  стало 
итогом   длительной   оперативной  разработки  московского  РУОПа}».  А 
начальник  отдела  РУОП  ГУВД  Москвы  Виктор  Булгаков  отметил, что
опасность таких лидеров, как Лалакин, в том, что они   давно   отмыли  
грязные,   нажитые   преступным  путем  деньги, легализовали  свой 
бизнес  и  теперь рвутся  к  власти,  в  том числе  к  политической.
 
Предполагалось, что  Лалакин  был  задержан  на  30  суток  —   в
соответствии с антибандитским указом Президента, после чего ему должны
были предъявить  обвинения  в  хищении  путем  мошенничества  в  особо  
крупном размере.  Обвинение действительно предъявили — однако… Всего
через десять дней, 20 октября, Лучок уже вышел на свободу. Причем 
отпустили его  даже  не  под крупный  залог,  как  нынче  практикуется, а
под (ни к чему на самом деле не обязывающую) подписку о  невыезде.  И 
это человека,  который  был объявлен в федеральный  розыск  и несколько
месяцев скрывался от правосудия!  Того, кто всем давно известен  как
крупнейший  уголовный  «авторитет»! Как известно, сотрудники органов 
правоохраны должны поступать в соответствии с буквой и  духом  закона.
Возможно,  следователь,  так быстро и легко отпустивший Лучка, букву и
не нарушил.  Но его демонстративное презрение к духу могло бы вызвать,
мягко говоря, изумление, если бы мы не знали,что с такой же легкостью из
российских узилищ выходили и все прочие представители криминального
бомонда: Захар, Михась, Мансур, Сильвестр…
 
Еще через месяц расследование проделок Лучка и вовсе 
прекратили. Начальник  управления  Генпрокуратуры  по  надзору  за 
расследованием преступлений  г-н  Киракозов  не  увидел  в   таком  
решении   ничего  противоестественного:  «На  основании  имеющихся 
данных  Лалакин  был задержан  как  лидер  группировки,   в   которую  
входили   Ворошевы.
Причастность Лалакина к вымогательству,  мошенничеству и другим тяжким
преступлениям подтверждения в ходе следствия не нашла. Ворошев С.Г.от
следствия скрылся.20.10.95 Лалакину было предъявлено обвинение в
совершении преступления,   предусматривающего   ответственность   за 
приобретение  имущества,  добытого  заведомо преступным путем.  Однако достаточных доказательств получено не было,  и 10.11.95 уголовное дело 
в  отношении  Лалакина  было  прекращено за недоказанностью».  Бутырка
переполнена —  подозреваемые  даже  в  незначительных  правонарушениях 
томятся здесь по полгода, по году, по полтора — все это время идет так 
называемое «расследование».  А вот дело Лучка расследовали всего за 20
дней.  И установили:  он перед российским законом абсолютно чист. Все
опять же в строгом соответствии с буквой закона.
 
Или нет?   Не  совсем  в  соответствии?  Поскольку  после 
резких  выступлений в печати из Генпрокуратуры пришло уже другое
заявление (за подписью  начальника  другого  управления  —  г-на
Катышева);  «Что же  касается  С.  Лалакина,  то  вынесенное   в  
ноябре   прошлого   года постановление  о прекращении в отношении него
уголовного преследования  за недоказанностью участия в совершении
преступления  Главной  военной  прокуратурой  отменено,  и в настоящее
время предварительное следствие  по этому делу возобновлено.  Недостатки
в расследовании уголовных  дел  были  предметом  обсуждения  на 
заседании  коллегии  Главной  военно  прокуратуры.  За упущения в работе
к сотрудникам  прокуратуры  приняты  меры воздействия». И на том
спасибо.
 
Итак, связи Лучка действительно прошли  испытания  на 
прочность.  Согласно  только  опубликованным данным,  в  те несколько
дней,  что он  находился под арестом,  особую озабоченность его судьбой
проявляли и в  Генпрокуратуре, и влиятельные члены  московской   областной администрации, и большие люди из столичной мэрии.
 
С тех пор Лучка не трогали.Утешения ради отметим,  что два из
трех джипов,  в  том числе  и лалакинский,  Главная военная прокуратура
изъяла в пользу Министерства обороны.
Между тем руоповцы
продолжали атаковать.Вслед за Лучком борцы с организованной
преступностью задержали еще одного  лидера  подольской группировки  — 
23-летнего  Николая  Данеляна  (Армяна).  Он родился в Ереване,  в
детстве переехал с родителями  в  Москву,  где  поселился  в  Ясеневе. 
В  16  лет сколотил молодежную банду,  специализирующуюся  на квартирных кражах и грабежах  на  юге  столицы.  Кроме  того,  молодым
гопникам  удалось  обложить  данью  спекулянтов  билетами  у  Большого 
театра.  Несмотря  на  свой  юный  возраст.  Армян  еще  в  начале 
90-х  был  обласкан влиятельным подольским авторитетом Сергеем Крыловым
по кличке  Крыл.  Под руководством опытного наставника команда Данеляна
взяла под свой контроль несколько коммерческих предприятий в Ясеневе, 
Чертанове и на территории Курского вокзала. В апреле 95-го Крыла не
стало — пулю киллера он получил прямо в штабквартире подольской «братвы»
— в пресловутом мотеле «Солнечный».  После этого бригада Армяна 
оказалась под  крылом  у  самого  Лучка.  Авторитет  Данеляна,  доверие 
к нему подольского  «папы»  и  его  личное  благосостояние   росли   примерно
пропорционально. Армян приобрел  «Мерседес-500»  и  уже  собирался
прикупить  трехкомнатную   квартиру   в   Бутове,   когда   последовал
неожиданный арест на Воробьевых горах.
 
В момент ареста мафиози находился под кайфом.  А  потому  на 
все вопросы — откуда у него револьвер калибра 5,6 мм с четырьмя
патронами, откуда пакетик  с  кокаином  и  т.п.-  отвечал  радостной  и 
безумной улыбкой.   Ему,   как  водится,  инкриминировали  незаконное 
хранение огнестрельного оружия и наркотиков.  По информации РУОПа, среди
членов
подольской группировки был тут же инициирован сбор средств для подкупа
сотрудников правоохранительных органов,  в чьей компетенции находились
вопросы  о выборе для Данеляна меры пресечения. Любопытно, что перед
отправкой в камеру Данелян попросил милиционеров  принести  ему 
щеткудля  чистки  своих  замшевых  туфель,  приобретенных  накануне  за
600 долларов.
 
В  течение   последующего   полугода   правоохранители 
подольских  практически  не  беспокоили.  Новая  атака  на 
подмосковную   «братву»  началась   14  мая  1996  года:  сотрудники 
Московского уголовного розыска совместно  с  оперативниками  ФСБ 
России   и   подмосковной   милиции  ликвидировали два  склада
вооружений  интересующего  нас
бандформирования.

Установить  месторасположение  складов 
сотрудникам  МУРа  помогли  показания  нескольких  активных  участников 
группировки,  задержанных  в  ходе   расследования   вышеупомянутых  
убийств.   Когда  внушительная  кавалькада милицейских машин въехала на
территорию Подольского  района   (наверное, с  теми  же  чувствами 
немцы  въезжали в партизанскую деревню), было проведено короткое
совещание. Участникам операции сообщили адреса  предполагаемых складов
оружия, группы захвата распределили полномочия. 

Первый отряд штурмовал поселок Новомосковск.  В квартире 
видного  лучковца  30-летнего  Алексея  Пяткова  хранилось:  11 
автоматов и 11 пулеметов Калашникова,  10 глушителей к ним, 89 гранат,
40 взрывателей  и  14  гранатометов.  А  так  же 31 килограмм пластита и
5 килограммов  тротила.  Как заметил один из участников операции, 
этого хватило  бы,  чтобы взорвать весь город.
 
Второй отряд  ворвался в поселок Фабрики  имени  Первомая.  Из 
подвала   дома   33-летнего   Владимира  Логашова  было  изъято:  пять 
пистолетов,  три пулемета, карабин  «СКС»,  помповое ружье, шесть 
ящиков  с  патронами  калибра  5,45  и  16 снаряженных пулеметных лент.
 
Милиционеры проверили еще несколько квартир участников
подольской  группировки,  но  ничего интересного не нашли.  При
задержании один  из бандитов оказал сопротивление и был легко ранен. 
Шесть человек, в том числе Пятков и Логашов, были арестованы.
Суммарный итог операции:  25 автоматов и пулеметов, 
пистолеты,гранаты,  несколько  ящиков патронов и 36 килограммов
взрывчатки.  Это был крупнейший арсенал,  изъятый у подмосковных 
бандитов  в  первой  половине 1996 года. Если верить показаниям
задержанных, им можно было бы вооружить едва ли не половину мужского
населения подмосковного  городка.
 
Между тем аресты людей  Лучка  продолжились.  В  июне 
сотрудники Подольского  отделения  РУОП  Московской  области  и
спецбатальона ГАИ задержали  ближайшего  сподвижника  подольского  
«папы»,   27-летнего Михаила  Калугина,  больше известного под кличкой
Мефодий.  В тот день  проводилась крупномасштабная операция по борьбе с
торговцами  оружием, и на дорогах  были  выставлены  усиленные  милицейские пикеты.  На один
из  них и  нарвался  подольский  «авторитет».  Когда  его  «Вольво-940» 
с  проблесковым  маячком  на  крыше  остановили  милиционеры,  друг
Лучка  (называющий себя его племянником) попытался возмутиться: как вы
смеете тормозить   капитана ОМОНа (в подтверждение было   предъявлено удостоверение).  Но Мефодия  выдала  откровенно  уголовная  внешность.
Оперативники ему не поверили и препроводили в отделение милиции. Там и
выяснилось, что удостоверение — поддельное, а  «капитан» — лидер 
подольской  «братвы».  Да и «Вольво» — неизвестно чья и неизвестно как 
оказалась у Мефодия.  Иномарку на всякий случай  обыскали,  но  ничего подозрительного   (если   не  считать  трех  мобильных  телефонов)  не  обнаружили.

Кроме
всего  прочего,  Мефодий  подозревался  в нескольких тяжких 
преступлениях,  в частности, в убийстве подольского авторитета Николая
Соболева   по   кличке  Соболь  в  марте  1993  года  (о  нем  мы  уже 
рассказывали).  Кроме того,  ему инкриминировалась  организация  кражи
швейных   машинок   производства   концерна   «Подольск»  («авторитет»
несколько месяцев числился в охране этого концерна).

В группировке   Мефодий   отвечает  за  воспитание 
подрастающего поколения.  По  личной  инициативе  Лучка  на  деньги 
«общака»   была арендована  спортбаза,  где  молодая  поросль  под
чутким руководством  Мефодия занималась тяжелой атлетикой и
единоборствами.  Среди качков и борцов  заместитель  подольского 
«главнокомандующего» вербовал бойцов для новых подразделений группировки.  К 96-му году  отряды  подольских
«юниоров» уже насчитывали в своих радах около сотни активных бойцов.

В
итоге Калугина удалось посадить всего на год — за  то, что он сломал
нос пассажиру машины, которая помешал проехать его «Вольво». Все
остальные деяния доказать не удалось.  В начале 97-го года Мефодий  был
уже на свободе.  Официально Калугин до последнего времени числился
заместителем гендиректора фирмы «Лемико»  по  реализации  плодоовощной
продукции  (помните  версию  о происхождении клички Лучок?). Коттеджи Лалакина и Калугина под Подольском стоят рядом.

Что
касается самого Лучка, то он изо всех сил поддерживает
имидж»добропорядочного бизнесмена».Как и полагается новому русскому,
отправил  своего  сына  учиться  в Швейцарию.  Более  того, 
последовав  примеру  Михася,  впоследнее  время  всерьез  занялся
благотворительностью. Оценив его заслуги,  городские власти удостоили
его титула «почетного гражданина Подольска».
 
Кстати, когда  Лучок  был арестован Главной военной
прокуратурой, за него заступились даже представители Православной 
церкви.  Помогает «чем  может»  и  городским милиционерам. По слухам, 
за его счет была сооружена кованая декоративная решетка перед фасадом
Подольского УВД.

Под  чутким  руководством  Лучка  подольская  группировка 
превратилась в мощнейшее  военизированное  формирование  Московского 
региона.  Она  специализируется   на   контроле   за   предприятиями, 
занимающимися экспортно-импортными операциями, автобизнесом, жилищным
строительством и нефтепереработкой.
 
К началу 97-го года,  если доверять оперативной  информации, 
она  насчитывала  примерно 2,5 тысячи бойцов.  (Всего в Подольске
проживает около 200 тысяч человек.)  О  том,  насколько  хорошо  она 
вооружена,  свидетельствуют арсеналы, изъятые в ходе вышеописанной
операции. Среди членов группировки немало бывших  сотрудников 
спецслужб  и  отставных военных с боевым опытом, полученным в «горячих точках».

Значительная
часть «общака» уже размещена в американских  банках. Капиталы  
группировки  вложены  в  аэропорты,  гостиницы, рестораны, авторынки.
Личные средства  активно  преобразуются   в   заграничную  недвижимость.
Чтобы власти не  чинили  здесь  препятствий.  Лучок  время  от 
времени   лично   наносит   визиты   чиновникам    из    администраций контролируемых районов. Правда, большую часть времени лидер подольской
«братвы» проводит за границей — с  тех  самых  пор,  как  выехал  туда
аккурат за два дня до взрыва на Котляковском кладбище, к которому, как
полагают некоторые эксперты, были причастны не слишком законопослушные
жители «тихого» подмосковного городка.
Источник: http://lib.ru/POLITOLOG/r-prest.txt 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

1 + 8 =