Search
Generic filters
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in excerpt
r="ltr" style="text-align: left;" trbidi="on">

Российская преступность: Кто есть кто (Глава 1-4)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 5-6)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 7-8)  
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 9-10) 
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 11-12)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 13-14)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 15-16)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 17-18)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 19-20)

Российская преступность: Кто есть кто (Глава 21-23)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 24-25)

ХОЗЯЕВА СЕВЕРА

В правомерности  этого самоназвания коптевского
криминального сообщества ни остальная «братва», ни милиция не
сомневаются. Впрочем, речь  идет  скорее  о  Северо-Западе столицы,
поскольку Северо-Восток частично контролируют измайловцы.  Но даже при
этой  оговорке  площади  «завоеванных»  территорий  и  величина  списка 
вассалов и данников не могут не вызывать удивления у  милиции  и 
уважения  у   «братвы». Примечательно, что ни знаменитых воров в законе,
ни особо влиятельных «авторитетов» во главе коптевцев почти никогда не
стояло — в  отличие, скажем,  от солнцевцев с  Михасем, ореховцев  с 
Сильвестром, бауманцев  с  Бобоном или балашихинской «братвы» с Захаром.
Правда, у коптевцев были знатные «консультанты»: такие известные в
Москве «авторитеты» и воры в законе,  как  Боря  Ястреб  (ставший 
впоследствии  одним  из  лидеров группировки),  Мороз,  Корней и
Соловей. Так или иначе,  север Москвы стал одной из первых территорий,
где завершились «межфеодальные» войны и сейчас ведутся исключительно 
«внутрисемейные» разборки да эпизодические бои с милицией.

Объяснение  этому  феномену,  видимо, лежит  в  области  уголовных 
традиций. Организованная  криминализация  Коптева,  а  затем  и
прилегающих микрорайонов   началась  еще  в  глухие  60-е  годы — с 
координации (кооперации) между небольшими уличными бандами, создавшими
уже к концу 70-х достаточно устойчивое мафиозное образование,
контролирующее почти весь север столицы.Когда в Коптеве  сносили 
старые  бараки,  где  в основном   и  базировались   «малины»,  
строители   натыкались   на многочисленные тайники с оружием,  деньгами и
драгоценностями. К этому же  периоду следует отнести поиск новых
союзников и заключение некоего (неписаного) договора о ненападении и
помощи с уже  тогда поднявшей  голову  долгопрудненской  уголовной 
братией.С  тех  пор  группировку  стали  называть
коптевско-долгопрудненской.  Правда, следует оговориться, что
настоящего  союза  никогда не было.  Более того,  эта «дружба» нередко прерывалась ссорами и даже  войнами.  К  тому  же  в  настоящее  время
уголовники   подмосковного   городка  Долгопрудный  сильно  разобщены,
правоохранители фиксируют существование  сразу  нескольких  враждующих
друг с другом группировок.

Первая попытка  приструнить   зарвавшуюся   коптевскую   «братву»
относится   к  началу  80-х  и  связана  с  подготовкой  к  проведению Олимпиады-80.
Дело  в  том,  что  основной  центр   проведения   этого спортивного  
праздника   —   Олимпийская   деревня   —   оказался  на
«подведомственных» территориях коптевцев.  И оперативные  сводки
зафиксировали  их повышенный интерес к данным мероприятиям.  Так что с
северными урками провели серию профилактических мероприятий и  на
какое-то  время  эту угрозу общественному спокойствию сняли.  Но,  как
оказалось, очень ненадолго.

Уже тогда  была  видна характерная особенность коптевской мафии  —
клановость.  Верхушка группировки фактически  состояла  из  нескольких
авторитетных  семей:  братьев Морозовых,  Девяткиных,  Наумовых,  чуть
позже — братьев Чибиревых и Рефат.  Последние командовали группировкой
недолго:  один  из  них  умер  от передозировки наркотиков,  а другого
выбросили из окна.  В отличие от  прежних  Урок,  нынешние  «братишки»
познакомились  и  сдружились  не  на  нарах,  а  в спортзалах стадиона
«Наука» и полуподвальных «качалках».  Безусловным Лидером  в  это 
время  становится   Виктор   Долженков,   вор  в  законе  по  кличке 
Потема, пользовавшийся непререкаемым  авторитетом  среди  коренных 
коптевцев. Потема  был  настоящим  «отцом  района»,  к нему «шли за
правдой» даже законопослушные граждане.  Но однажды Потема исчез —  то  ли  «лег  на
дно»,  то  ли (если верить слухам,  вскоре распространившимся по всему
микрорайону) его «порезали втихую».  Его коллеги давали более  простое
объяснение:  «заболел  и  умер».  А  газеты  в ту пору на криминальные
события такого рода не реагировали.  Это  сейчас  смерть  Паши Цируля
или  другого  «вора»  вызывает целую волну масштабных газетных
публикаций.  А «до перестройки» к уголовщине относились, как к
малоприятной, грязной, черной  стороне  жизни  общества,о которой не
стоит слишком часто упоминать -тем более по такому малозначительному
поводу,как арест или смертьу головника.  Кстати, многие серьезные
биографы криминальных лидеров  утверждают,  что  Потема  и  Долженков 
—  это   два   разных  «авторитета»,  которые  в  результате  обилия 
противоречивых легенд и путанице  в  оперативных   сводках   по  
прошествии   времени   стали восприниматься как одно преступное лицо.

Первые серьезные 
разборки  начались   в   90-х.   Двое   «быков» группировки  Малек  и 
Симон  заехали  поужинать  в  кафе «Виктория» в кинотеатре
«Эстафета». В этот момент в заведении  проходил  банкет  с участием
представителей системы образования США.  Иностранцев охраняли сотрудники
органов  в  штатском,  не  пустившие  урок  даже  на  порог питейного 
заведения.  «Братишки»  без лишних слов схватились за ножи, однако 
«превосходящими  силами  противника»  их  штурм   был   отбит.
Разъяренные   бандиты  вскоре  вернулись,  вооруженные  пистолетами  и
гранатой.  Пройдя с черного хода, они метнули ручную гранату и открыли 
стрельбу.  В  результате  погиб  один  сотрудник милиции и была ранена
американка.  Участники этого первого крупного инцидента,  по некоторым 
данным, по сей день скрываются от милиции в Польше.

К концу 93-го года в  коптевской  бригаде  насчитывалось  уже  не
менее  ста  человек.  Во  владении  или  под  контролем  у группировки находились
несколько десятков коммерческих  предприятий  и  почти  все бывшие 
колхозные  рынки  на  территории  Северного  административного округа
Москвы (в том числе,  Коптевский и Тушинский). Время от времени  члены
этой бригады попадались на рэкете,  незаконном хранении оружия и
наркотиках.  Однако  серьезных  дел  против  группировки   милиция   и
прокуратура не заводили.

Хронику  криминальных  войн  на  севере  столицы  следует  начинать 
с  ноября  1993 года, когда сотрудники РУОПа решили всерьез
«обработать» обнаглевшую коптевскую «братву». Поводом для начала
операции послужило оперативное  сообщение  о  том,  что  вечером этого 
дня «авторитеты» бригад,  проводя сходку,  соберутся в Коптевских банях.
Их должна была сопровождать вооруженная до зубов охрана.  Но увы,  шанс
задержать всю коптевскую «элиту» правоохранители упустили (сказывалось
отсутствие  у милиции  опыта уличных боев).  Когда оперативники стали
окружать бани, охрана  коптевских  приняла  их  за  бандитов  (в  то 
время  бригада враждовала  сразу  с  несколькими группировками) и
открыла из помповых ружей огонь на поражение.  В завязавшейся
перестрелке ранения получили  по  пять человек с обеих сторон,  а 
коптевские лидеры скрылись.  Через  десять дней РУОП провело
широкомасштабную операцию  против  коптевской бригады   и   задержало  
семерых   ее  лидеров.  Однако  причастность  задержанных к перестрелке
возле бань доказать не удалось, и бригадиров отпустили.

Следующее столкновение между  милицией  и  коптевскими  бандитами
произошло  в  мае  1994  года.  Сразу  20  членов  группировки удалось
задержать в ателье «Сапфир» (и в этот  раз  операцию  проводило  РУОП, 
видимо,  решившее взять реванш за прошлогоднюю неудачу). В  ателье 
была  расположена  одноименная  служба  безопасности, состоящая  в 
основном  из  членов группировки. И  это обстоятельство обеспечило
коптевцам алиби: официально  зарегистрированным   охранникам   оружие  
—   опять   же,зарегистрированное — носить разрешается (лишь двое
владели незаконно — но  у  них  были  свои  отмазки).  А  потому 
повода  заводить  против вооруженных  до зубов головорезов уголовные
дела не было. Все, что могли милиционеры «для них» сделать — это
хорошенько всех избить и  отобрать  несколько  помповых  ружей  и четыре
пистолета Макарова.  И, конечно же, наличные «бабки»: 200 тысяч
дойчмарок и несколько десятков миллионов рублей. На сходке как раз шло обсуждение, как лучше «отмыть» эти капиталы.

У
группировки   к   тому   времени  были  уже  свои  коммерческие
(финансовые) директора:  брат «авторитета» Василий  Наумов  и  крупный
бизнесмен Сергей Зимин. Их тоже заключили под стражу в ходе операции в
«Сапфире».  По данным РУОПа, в этот день решался вопрос о приобретении
земельного   участка  в  районе  станции  метро  «Речной  вокзал»  для
строительства  на  нем  нового  вещевого  рынка.  Часть   обнаруженной
оперативниками  валюты  должна  была  пойти  для  подношения  крупному 
чиновнику,  в чьем  ведении  находились  вопросы  выделения  земельных
участков.  В  итоге  всех  задержанных — почти 30 человек —
отпустили,изъятые  деньги  (как  утверждают  милиционеры,  «по  звонку 
сверху»)  вернули,  но  с  рынком  у  коптевцев  все-таки  не  вышло. 
Кроме того,  у  службы  безопасности  «Сапфира»  была  отобрана 
лицензия,  и   оружие осталось у руоповцев.

1994 год вообще становится этапным в новейшей истории  коптевской
мафии и рекордным  по  числу  криминальных  разборок,  в которых она 
участвовала.  В  январе  она  планировала  выяснить  отношения  с 
кавказцами  в  борьбе  за  влияние  в  Северо-Восточном административном
округе,  но разборку  предотвратила  милиция.  Она  блокировала 
опасный  район  и задержала  более  двадцати участников конфликта.  Были
и другие мелкие  стычки.

Но настоящая  криминальная война началась в конце осени.  Вечером 26
ноября коптевский «авторитет» Александр Соловьев (Соловей) на своей 
автомашине   «Порше»  отправился ужинать  в  ресторан «Лукоморье»,  что 
на  Красноармейской  улице.  Когда  Соловей  вышел  из  иномарки, 
раздались выстрелы  —  судя  по  гильзам,  стреляли  одновременно  из
автомата и пистолета.  От шести пулевых ранений в голову и грудь лидер 
коптевцев скончался на месте.  Убийство  Соловья  списали  на 
бандитские  разборки  и  вскоре о нем забыли.  Но оказалось,  что это
начало конца  почти  всей элиты разросшегося мафиозного образования.

Видимо, в конце 94-го коптевцы залезли в очень серьезный  бизнес, и 
их  интересы  столкнулись с другими крупными криминальными кланами. 
Речь,  судя  по  всему,  шла  о  вложении значительной суммы денег  в 
некий инвестиционный  проект  —  в  кооперации  с солнечногорской 
преступной  группировкой.  То  ли  коптевцев «кинули» ,  то  ли  дело 
просто  не  выгорело,  но  отношение   с незаконопослушными  жителями 
Солнечногорска  сильно испортились.  Лидеры группировки постановили: 
деньги  должны  вернуть
солнечногорские.  Ведущий  «авторитет»  Александр  Наумов вызвал их на
разборку.  Но коварные обитатели подмосковного городка не явились. Это
был дурной знак.

23 марта Наум (эту кличку носил Александр
Наумов,  в то время как его  брата Василия звали Наум-младший,  и лишь
после гибели Александра «приставка»  отпала)  вместе  со  своим  другом 
и  соратником   Юрием Кузьменковым  отправился на дачу в деревню
Редино.  На 61-м километре Ленинградского шоссе (этой излюбленной трассы
коптевской «братвы»)  их «Ауди-100» была прижата к обочине
«ВАЗом-2104»,  багажник которого был доверху  набит  дровами.  Как 
только  иномарка  остановилась,   из-за поленницы  раздались 
автоматные  очереди  (дрова в качестве защиты от ответных выстрелов  в 
новейшей  криминальной  истории  использовались  киллерами впервые).
Убедившись, что их жертвы мертвы, бандиты отъехали от места происшествия
километра на два. Там их поджидала «сменная» машина.  Перед  тем 
сесть  в  нее,  убийцы бросили в салон «четверки» автоматы, облили ее
бензином и подожгли. Киллеров так и не нашли.

Вскоре обнаружилось,  что  это не единственная жертва конкурентов
коптевской «братвы».  Незадолго до расстрела  на  Ленинградском  шоссе
Наума и его друга без вести пропал еще один коптевский лидер — Челюсть.
Спецы из правоохранительных органов  утверждали,  что  он попросту
сбежал,  прихватив с собой часть «общака» группировки. Однако его бывшие
соратники сочли, что его все-таки убили.

В поисках   объяснений   причины   этих  криминальных
разборокоперативники обыскали дачу Наума.Но не нашли там ничего
интересного. Не  считая великолепной коллекции старинных икон,  пяти
пневматических пистолетов, патронов, двух бронежилетов и оптического
прицела.

Коптевские на милицию и не рассчитывали. С «симметричным» ответом
они решили не тянуть.  Час Х пробил 4 июня.  Мстители приехали прямо в
солнечногорский  Дом  культуры  им.Лепсе — традиционное место досуга и
отдыха членов местной группировки.  В тот день все были в сборе. Такой
яростной  перестрелки  этот  храм  культуры  еще  не знал.  Всего было
произведено 90 выстрелов из автоматов и  другого  стрелкового  оружия.
Ранения получили десять человек,  в  пяти случаях — смертельные. Однако 
стрельба  велась  настолько беспорядочно,  что большинство пострадали
ни за  что  — они не были связаны с солнечногорскими бандитами.  Это
было одно из самых громких преступлений 1995 года.

Отстрелявшись, мстители  скрылись на «ВАЗ-2106».  Через некоторое
время на  65-м  километре  Ленинградского  шоссе  два  сотрудника  ГАИ
попытались   задержать   разыскиваемые  «Жигули»,  однако  преступники
открыли по ним  ураганный  огонь  и скрылись. К  счастью,  никто  из
милиционеров не пострадал.

Не сомневаясь,  что расстрел в Солнечногорске — месть  коптевской
группировки, милиционеры снова попытались задержать ее лидеров, однако
те предусмотрительно ударились в бега. Брат  погибшего  Александра
Наумова  Василий (Наум-младший) уехал за границу,  откуда периодически
звонил  в  РУОП  и  предлагал  встретиться  в  любой  стране  мира  (за 
исключением  России)  для  того,  чтобы   обсудить возникшие проблемы. 
А группировку возглавил прежде мало кому известный бандит Зимин 
(Зима). В  отличие от Потемы с его блатным менталитетом и отсутствием
интереса к легальному бизнесу,  бывший боксер Зимин, прошедший путь от
рядового»быка» до полноправного «авторитета»,  активно  начал  «наводить
порядок»  в  коммерческих   делах  своего  ведомства.  С  этого 
момента  отмывка  капиталов  громадного  «общака»  коптевских  пошла 
полным  ходом — во многочисленных ТОО,  АОЗТ и СП.  Поговаривают,  через
Доверенных людей бандиты  учредили целый ряд банков,  придавших наворованным миллиардам первозданную чистоту.

Возможно, налоговым  органам  и лицензионным палатам наши герои и казались обычными коммерсантами- налогоплательщиками, 
но своя «братва» знала,  с  кем  имела  дело  — с обычными бандитами, 
надевшими белые воротнички.  А потому по ходу продолжающегося  передела 
сфер  влияний действовала стандартными для этих кругов методами. 4
августа 1995 года на Коровинском шоссе неизвестные хладнокровно
расправились еще с двумя коптевскими   лидерами   —  Андреем  Чибиревым 
(Старшой)  и  Михаилом  Кирьяновым.  С их «восьмеркой» поравнялась
ворованная (как  выяснилось позже) «пятерка», из которой была открыта
автоматная стрельба. Затем убийцы отогнали свою машину на Ангарскую
улицу и сожгли.


Ровно  через   неделю  в  рядах  коптевцев  произошла  еще  одна 
потеря. Возле дома на все том же Коровинском шоссе был застрелен 
авторитетный «бригадир» Олег Кузнецов. Говорят, что, узнав о гибели
друзей, один из основателей  коптевской  группировки,  вор  в  законе 
Игорь   Корнеев настолько расстроился,  что сел на иглу и вскоре умер от
передозировки наркотиков. Правда, есть версия, что ему подмешали  в 
наркотики отраву.  Еще  через  месяц  неизвестный  расстрелял  в  лифте 
Сергея  Морозова (Мороза).  Тот готовился к разборкам и хранил  дома 
целый  чемодан  с автоматами  и  пистолетами, однако в день убийства
почему-то оставил заветный чемоданчик у дверей своей квартиры.

Милиционеры поняли:  ключ  к  разгадке  причины целенаправленного
отстрела коптевских «авторитетов» лежит в области  финансов.  К  этому
времени большую часть коммерческих проектов группировки держал в своих
руках Наум-младший, Василий  Наумов. Он  возглавил  фирму   «Тинэк» 
(которую  некоторые  исследователи  расшифровывали «Теневая экономика»),
созданную  в  1993  году  коптевскими  «авторитетами».  Ей,  в 
частности,  принадлежит  крупный  рынок   автозапчастей  в  Москве. 
После  вышеописанной  серии  убийств Наум-младший предпочел спрятаться 
за  границей  и  лишь иногда приезжал на родину,  чтобы следить за
делами своей фирмы. А «на хозяйстве», как уже было сказано, остался Зима.

О его 
местонахождении  милиционеры узнали случайно.  26 мая 1995 года на
Фестивальной улице,  неподалеку от дома,  в  котором  проживал
тогдашний  начальник  РУОПа  Владимир  Рушайло,  милиционеры задержали
подозрительного чеченца.  В отделении милиции он признался, что шел не
к  генералу Рушайло,  а к Сергею Зимину,  живущему со своей подругой в
доме 24 на той же  улице.  Стражи  порядка   удивились,  но  не  очень: 
правоохранители  уже  знали,  что «авторитеты»  склонны  селиться 
рядом  со  своими «классовыми  врагами»  —  милицейскими  начальниками. 
Еще  был памятен  апрельский  штурм  апартаментов  Мансура,  жившего 
на  Петровке,  19 — в приятной близости с Петровкой, 38.

К Зимину тотчас отправились сотрудники РУОПа. Бронированная дверь
его квартиры была заперта,  и оперативники решили подождать хозяина на
лестничной площадке. Через некоторое время к дому подъехала автомашина
«БМВ» с тремя  телохранителями  коптевского  лидера.  Обшарив  подъезд
(дабы  их  не спугнуть,  оперативники спрятались в одной из квартир)  и 
поднявшись  на  этаж,  охранники связались по радиотелефону с Зиминым.
Не успели  закончиться  переговоры,  как  на  руках  амбалов
защелкнулись наручники.

Но руоповцы  поторопились.  Зимин,  подъехавший  к своему дому на
джипе «Чероки»,  войдя в подъезд,  почувствовал неладное. И был таков.
Через  полчаса  его  автомашину  задержали.  Зимина  в  ней уже не было.
Вскоре  по  липовым документам он отбыл за границу.

Зато в его квартире руоповцев ждало немало интересных находок.  В
углу одной из комнат были свалены в кучу  бронежилеты.  В  шкафу  были
запрятаны  незарегистрированное  помповое  ружье  и  полная  обойма  к
пистолету Макарова.  В  ящиках  стала  хранились  самые  разнообразные
«ксивы».  В  частности,  международное удостоверение личности (паспорт
World Service Authority).  Как было впоследствии установлено, «Паспорт
человека  мира»  Зимину сделали в  Америке  друзья  всего  за  $335. 
Кроме того,  милиционеры  изъяли  большое  количество  различных 
финансовых документов. По одному из контрактов проходила сделка на $420
миллионов долларов.

Но  больше   всего  оперативников  поразило  еще  пахнущее 
типографской  краской,  выправленное по новейшей форме удостоверение
сотрудника  ГУВД  Московской  области  (подобные  удостоверения 
милиционеры  только  начали  получать)  на  имя  Сергея  Зимина. 
«Оказывается»,  Зимин  являлся  старлеем  милиции,  командиром  взвода. 
Позже  было  установлено:  документ  абсолютно  подлинный. 
Действительно  выписанный  в  одной  из  частей   спецназа внутренних 
войск МВД,  дислоцированных в подмосковном городе Софрино. Причем по
звонку высокопоставленного милицейского начальника.

Милиционеры выяснили,   что   уже   однажды  Зимину  эта  «ксива»
пригодилась.  Наряд милиции остановил  подозрительную  «БМВ»,  где  за
рулем  сидел  сам  коптевский  мафиози,  возле  гостиницы  «Союз».  На 
требование предъявить документы на машину загадочный  водитель  широко
улыбнулся: «Да  я же свой, ребята». После того как было предъявлено
милицейское удостоверение ипродемонстрирован  табельный  пистолет,  у
сотрудников патрульно-постовой службы сомнений не осталось. А зря…

Чуть ниже  читатель   убедится,  что  с   некими   милицейскими
начальниками  были  связаны и другие лидеры группировки,  в частности, Наум.
Видимо, по этой причине использовать на полную катушку найденные у Зимы
материалы  и  документы  следователям  не  удалось:  они сами
признались, что на них оказывалось сильнейшее давление. Дошло до того,
что  часть изъятого пришлось вернуть.  Мало того,  один  из 
начальников  подразделения  внутренних  войск  настоятельно 
рекомендовал   вернуть  владельцу его  милицейское удостоверение. 
Хорошо, сказали  следователи,  документ  «авторитету»  вернем  —  но 
только  лично,  в  торжественной  обстановке перед строем офицеров и
солдат. Этот аргумент подействовал. За Зиму больше никто не заступался.

Правоохранительные органы  еще  долго  вели  расследование причин
всех вышеупомянутых разборок,  однако до сих пор не  смогли  выяснить,
кто  убивает  коптевских «авторитетов».  Одно время милиция грешила на
урок из Солнечногорска. Однако позже выяснилось, что группировки мирно
урегулировали  конфликт и солнечногорские бизнесмены  даже  приняли
участие в финансировании строительства нового дома на даче  Александра
Наумова. Но особняк Науму-старшему, как мы уже знаем, не пригодился.

Не знал покоя и его брат,  Наум-младший.  Стоило  ему  заехать  в
Москву  в  ноябре  того  же  95-го,  как  на  него  было  организовано покушение. 
В  тот  момент,  когда  его  роскошный  белый   «Линкольн»
отпарковывался от  стоянки  возле торгового центра «Садко-Аркада»,  из
стоявших неподалеку «Жигулей» пятой модели выскочили  два  человека  и
открыли огонь из автоматов. Но все дело в том, что в иномарке Наума не
было.  Незадолго до этих событий  он  одолжил  автомобиль  приятелю  —
«авторитету» курганской ОПГ Виктору Романюку  (больше  известен  как 
Витя Курганский).  В  итоге  винцовый  дождь  (всего  было  выпущено 
60  пуль) принял  на  себя  этот  знатный  уголовник и другие,  вовсе не
имевшие отношения к этой разборке люди.  Романюк был тяжело ранен в
голову,  а сидевший  неподалеку  от него в служебной «Волге» водитель Московского
речного  пароходства  убит.  Курганский  «авторитет»  Андрей  Колигов,
сидевший в машине рядом с Романюком,  отделался легким испугом. Врачам
удалось сохранить жизнь и Романюку. Выписавшись из больницы, он ушел в
глухое подполье.

Кстати, по  другой  версии,  покушались  именно  на  Колигова,  а
Романюк  выполнял  в  тот  момент  роль  его телохранителя,  буквально прикрыв
шефа своим телом.  В таком случае это можно считать  открытием охоты:  в
1996 году,  только по официальным данным ГУВД, в Москве были убиты
четверо активных участников курганской ОПГ.

Впрочем, первая    версия    не    исключает   второй:   курганцы
действительно  с  некоторого  времени  стали  тесно   сотрудничать   с коптевцами. 
По  мнению правоохранительных органов,  накопив приличный капитал,
хозява севера решили больше не «мараться» на мокрых делах и в разборках и
приглашать для этих целей «гастролеров».  Одно время по их заказам
работали бандиты из Архангельска,  а после убийства их  лидера по  
прозвищу   Крытый   «генеральным  подрядчиком»  стала  курганская
группировка,  во главе которой в тот период стояли  Александр  Солоник
(Саша Македонский) и упомянутый Виктор Романюк.

До этого курганцы работали на заказах ореховцев.  Но после гибели в 
сентябре  1994 года Сильвестра  обе группировки распались.  Часть курганских 
боевиков  ушла  к  солнцевским   бандитам, часть-к мазуткинским.  А 
Солоник  и  его  ближайшее окружение переметнулись к северянам.  Союз  этот  был  до  поры  до  времени  равноправным:   по 
оперативным данным,  две  группировки  поровну  делили дань,
собиравшуюся с торговцев на Петровско-Разумовском рынке,составлявшую на
тот момент в общей сложности около 300 миллионов рублей в месяц.

Если поверить информации,  что друзья убитых Солоником  воров  в
законе  и  «авторитетов»  вынесли  суперкиллеру смертный приговор,  то
после его ареста мстители могли излить свой  гнев на его коптевских
друзей.Но скорее речь все же шла о дележе наследства Солоника (мало кто
верил,  что его отпустят) между  его  ближайшими  сподвижниками  и
северянами.

Не исключено также,  что последние попытались курганцев  немножко
«прижать»,  полагая,  что, потеряв своего лидера, они уже ни на что не 
способны.  Поговаривали,  что  последний  лидер  коптевских  Василий 
Наумов  попытался  отвести  курганским  привычную  роль «пушечного
мяса».  Если так,  то это была роковая ошибка.  Выходцы из Сибири с
этой  ролью  не согласились.  Хроника  убийств  коптевских «авторитетов»
после октября 94-го года (времени задержания Македонского) — за 
полтора  года было убито около 10  человек  —  доказывает,  что  силы 
соперников   были  недооценены.  Скорее  всего  не  случайно  после 
убийств   коптевских  авторитетов  в  контролируемых  ими  коммерческих 
структурах «крышей» становились курганцы.

На некоторое   время  баталии  на  севере  столицы  прекратились.
Впрочем,  и  в  прочих  криминальных  образованиях  пик  расстрелов  и 
кровавых  разборок пришелся  именно  на  93-95-й  годы.  Небольшой 
инцидент  зафиксирован  только  осенью  96-го.  Коптевские,  прибывшие 
на  трех иномарках,  среди  белого  дня  буквально  штурмом  брали 
особняк  на  Новодачной  улице  в  поселке Северный.  Хозяин  дома, 
выходец  из  Армении,  вероятно,   задолжал  им  значительную  сумму. 
Бизнесмен  повел  себя  необычно:  несмотря  на превосходящие силы 
противника,  он  открыл по штурмующим огонь из личного автомата
Калашникова, уложив двух боевиков и ранив троих. Не мудрено, что друзья
неудачливых налетчиков жаждали мести — вскоре они обстреляли коммерсанта
прямо у дверей прокуратуры,
куда он ходил давать свидетельские показания.

Не исключено,  что 
именно  эта  история  получила  свое  продолжение  в  начале  97-го, 
когда произошел весьма резонансный расстрел коптевского «авторитета» 
на  Петровке — почти у ворот здания столичного ГУВД.  Об этом громком
преступлении мы расскажем чуть ниже,  а пока отметим одну из   версий. 
Если  верить утечке информации из правоохранительных ведомств, вскоре
после расстрела на Петровке  была  задержана  весьма подозрительная 
вишневая  «девяносто  девятая».  В  ней оказались двое уроженцев
Армении…

В декабре  96-го  были обнаружены тела троих коптевских боевиков,
замурованных под полом сауны в казино «Тотус». Убийц задержали, однако 
лидеры  группировки  жаждали  отмщения.  Возможно,  об  этих  планах 
узнали  недруги  и  нанесли упреждающий  удар — по вернувшемуся в
столицу Василию Наумову.

Наум считался вторым лицом в группировке после Зимина.  Говорили,
что  в  бандиты  он  пошел  вынужденно  — чтобы не пропало дело брата,
застреленного на Ленинградском шоссе.  Но он продолжал  жить  в  стиле
обычного нового русского,  делающего свой «скромный бизнес».  Вместе с
Александром  он  открыл  крупный  автосервис  под  крышей  упомянутого
«Тинэка»,  а уже после его смерти — торговую фирму «Мерандо».  Люди из
его  окружения  избегали  идти  на  открытую   уголовщину   и   только
поддерживали,  по выражению  одного  из  правоохранителей,  круговую
оборону.  Говорят, что Наум, вернувшись из-за границы, раскрутил очень
солидный  бизнес.  В течение двух лет Наум и другие лидеры группировки
вошли  в  число   учредителей   десятков   коммерческих   структур  —
автосалонов,  рынков, банков. Василий Наумов производил на собеседника
впечатление  солидного  человека,  которому  нет  никакого   дела  до
бандитов.

23 января 1997  года  около 17.30 «БМВ» Наума-младшего,  точнее, 
уже просто  Наума  в  сопровождении  машины с телохранителями вывернула
из Успенского переулка на Петровку.За ним следовала белая «шестерка»  с
двумя милиционерами в штатском -телохранителями «авторитета». Рядом с
Наумовым тоже сидел милиционер-охранник.  С какой целью Василий Наумов
отправился  в центр города,  история умалчивает,  однако поговаривают,
что  в  тот  вечер  в  одном  из  коммерческих офисов у него была
запланирована деловая встреча для решения ряда спорных вопросов.

Когда  автомобили  подъезжали  к  зданию  ГУВД,  в  кармане  Наума 
зазвонил  мобильный  телефон.  «Авторитет» свернул  к  тротуару и
попросил  охранника  выйти  из  машины,  чтобы  тот не  мешал 
переговорам.  В  тот  же  миг боковое стекло «БМВ» расколола автоматная
очередь. Киллер, похоже, рассчитал все до мелочей:  сообщник убийцы
отвлек  Наумова телефонным звонком, заставил его остановиться.  Ответ 
Наума  по телефону стал сигналом к началу стрельбы.

Всего было  выпущено  14  автоматных пуль.  Раны  в  голову  и 
грудь  оказались,  как говорят  медики-криминалисты,  несовместимыми с
жизнью.Наумов  был  убит.  Его  охранники  преступников  не  догнали. 
Убийцы  на  большой  скорости  вырвались  на  Садовое кольцо  и умчались
по направлению к Колхозной  площади. Бросившиеся  в  погоню 
милиционеры  потеряли  из  виду машину  киллеров  в  районе  Красных 
ворот.  Сыщики,  оставшиеся   на Петровке,  обнаружили  в  карманах 
погибшего  разрешение на право ношения огнестрельного оружия и
удостоверение помощника одного из депутатов Госдумы (откуда берутся эти 
«ксивы»,  мы рассказывали  в одной из предыдущих глав).  Первые
подозреваемые в его убийстве были  задержаны уже через 40 минут, но еще
через трое суток всех отпустили.

И тут разразился настоящий скандал. Конечно, не из-за того, что еще 
один  бандит отправился в преисподнюю,  а по той простой причине, что 
все  узнали:  у  бандита  —  милицейская  охрана.  Более  того,  уже 
через  пару  часов  после убийства по редакциям столичных газет поползли
слухи,  что в  тот  вечер  Наума  охраняли  бойцы  одного  из  элитных 
милицейских спецназов.  Причем  двое  из  них получили ранения. Позже
выяснилось, что «авторитета»  сопровождали  сотрудники  отряда 
специального  назначения «Сатурн»,  подчиненного УИН (Управление
исполнения наказаний, преемник ГУЛАГа) ГУВД Москвы. Спецподразделения,  предназначенного для подавления бунтов   в  
исправительных  учреждениях  и  освобождения заложников, но никак не для
охраны уголовных «авторитетов».

Сотрудники управления   собственной   безопасности   ГУВД  Москвы
провели  служебную  проверку  и  выяснили, что преступного лидера спецназовцы 
охраняли  не  за  красивые  глаза,  а  в  соответствии  с официально
оформленным договором от  8  октября  1996  года.  Согласно этому
документу,сотрудники 6-го отдела УИН должны были охранять в свободное от
работы время офис ТОО «Мерандо», которое, по документам, возглавлял
Василий  Наумов.Но при этом охрана руководства фирм не
предусматривалась, более того, грубо    нарушала    действующее
законодательство,прежде всего Закон о милиции.  Пресс-служба ГУВД
распространила официальное заявление  руководства  столичной  милиции,
где  говорилось,  что  охрана  бизнесмена типа Наума «выходит за рамки
компетенции сотрудников милиции,  наносит удар  по  репутации  органов
внутренних дел, является вопиющим правонарушением». Судя по
заявлению,милицейское  начальство  было  полно   решимости   примерно  
наказать проштрафившихся спецназовцев.

Однако эта  драма   получила   неожиданное   продолжение.   Бойцы
«Сатурна»  направили  министру  внутренних  дел  письмо: «23  января напротив
Петровки,  38 был расстрелян Наум.  Кроме частной охраны, его охраняли и
мы — спецназовцы.  Нам объяснили, что мы работаем по охране фирмы Наума
«Мерандо»  официально, так как  через  один  из  отделов
вневедомственной  охраны по знакомству был заключен договор на
охрану,как выяснилось, мафиози. Начальник спецназа Кондрюков не объяснил
нам, в чем наша задача, подставил ради наживы под пули.  Сейчас в ГУВД
Москвы отдел собственной безопасности ведет  разбирательство,  кому-то
объявят выговор и все прикроют.  А прикроют то, что рядовые сотрудники
получали за риск  копейки,  а  руководство  через  вневедомственную 
охрану гребло  в  буквальном смысле миллионы. Нас поразило, что и
начальник УИН ГУВД, и его замы получали без стыда по ведомости миллионы,
а мы за  последнюю  работу  даже  не  получили и свои жалкие копейки.  В
конечном  итоге  крайним  будет  стрелочник  Кондрюков,  а   мы  
рисковали   на общественных началах…  Не удивимся, если нас опять поставят охранять мафию». Как говорится, комментарии излишни.

Письмо подписали  сорок  бойцов спецназа,  большинство из которых прошли войну в Чечне.

Сам начальник   УИН   ГУВД   Александр  Антипов  от  комментариев
отказался,  заявив,  что «был не в курсе» демарша своего спецназа, а о самой
ситуации знает поверхностно,  поскольку полгода был в госпитале.
Антипов подчеркнул,  что ни он сам, ни руководство спецназа не знали о
личности г-на Наумова.  Довольно странное заявление: кому же еще знать о
преступных «авторитетах», как не милицейскому, в том  числе  тюремному 
начальству?  Если  автор  этих  строк,  используя  в  большинстве 
случаев  исключительно  открытые  источники информации,  написал  о 
Науме,  его брате и его друзьях целую главу — неужели в милиции, 
заключая договор  с  этим,  с позволения сказать, бизнесменом, не могли
получить хотя бы коротенькую  справку о прошлом  и  настоящем
охраняемого лица? Смею предположить,  что в действительности там все о
нем знали.  Знали —  и охраняли, и клали в свои карманы, как говорят
спецназовцы, миллионы.

Между тем Служба собственной безопасности ГУВД  Москвы  завершила 
служебное  расследование.  Несколько  офицеров  «Сатурна» и Управления
вневедомственной охраны,в том числе замначальника 6-го Отдела УВО
подполковник Александр Лобанов (он был посредником при заключении
договора между  «Мерандо»  и  «Сатурном»)  предупреждены  о   неполном 
служебном соответствии,  а материалы на них переданы в МВД для решения
их дальнейшей судьбы.

Проверяющие выяснили, что после возвращения спецназа из Чечни (он
воевал там с марта по май 1995 года) руководство УИН разрешило  его
бойцам   в   свободное   от  основной  работы  время  подрабатывать  в
коммерческих структурах.  Фирма «Мерандо» стала  первым  (!)  клиентом 
отправившихся  на  заработки  ветеранов  Чечни.  Найти  клиента 
помогло  Управление  вневедомственной  охраны  (УВО),  заключившее  с 
«Мерандо» договор об охране.  Одновременно  между  УВО  и  «Сатурном» 
было  заключено  соглашение,  по  которому  ответственность за
организацию службы, обеспечение  общественного порядка, сохранность
имущества и  безопасность Наума и прочих коптевцев  возлагались  на 
спецназ. «Сатурн» должен   был   ежедневно  направлять  на  охрану 
офиса  «Мерандо»  19  спецназовцев (четыре поста).

Но самое  интересное,  что  спецназовцы  ни  разу не были в офисе
фирмы,  а занимались только личной охраной Наума.  Осматривали подъезд
дома на Зоологической улице,  в котором жил лидер коптевцев,  охраняли
его автомобиль «БМВ-525»,  сопровождали во время  поездок  по  городу.
Неоднократно посещали вместе с ним рестораны «Лукоморье»,  «У Сергея»,
кафе «Дубки» и спортзал на улице Яна Фабрициуса.

Подтвердились и  слова  из  письма  спецназовцев  о том,  что на
сотрудничестве с «авторитетом»  наживалось  прежде  всего  милицейское начальство. 
Начальник УИН Алексей Антипов (тот самый,  что «не знал», кто такой
Наум) и его заместитель Владимир Скребнев получили премии  за 
заключение  и  выполнение договора  с  «Мерандо»,  а  также за контроль
за наблюдением несения службы  составом  отряда.  Правда, как они сами
признались  проверяющим, никакого контроля  они не вели. На просьбу
журналистов прокомментировать результаты проверки Скребнев сказал, что
он «об этом ничего не знает и вообще занимается другим направлением».

По результатам проверки в ГУВД Москвы прошло совещание. Начальник
столичной  милиции  Николай  Куликов  предупредил  коллег,  что впредь 
подобные  взаимоотношения  между  милицией  и  коммерсантами  (тем 
более криминальными)  будут  жестко  пресекаться  и  наказываться 
вплоть до увольнения.  По указанию Куликова  по  подразделениям  были 
разосланы телеграммы  с  напоминанием  о том,  что «Положение о службе в
органах внутренних дел», утвержденное Верховным Советом России в 1992 
году, «запрещает совместительство сотрудникам  органов  внутренних дел, 
равно  как  и   запрещает  заниматься  предпринимательской 
деятельностью  и работать   по   совместительству   на   предприятиях,  
учреждениях  и организациях независимо от формы собственности  и  не
входящих  в  систему внутренних   дел.   Исключения  делаются  для  творческой,  научной  и преподавательской деятельности».

Но
надеяться на то,  что московская милиция перестанет работать с
коммерческими структурами, просто смешно. Ведь такая деятельность  —
один из основных источников ее (милиции) существования (см.главу о
милицейском бизнесе).Не случайно в те же дни,  когда развивался этот
скандал,  замначальника  УВО Сергей Федин заявил:  «Мы — подразделение 
вневедомственной  охраны  и  работаем   на   основании   договоров   с
собственниками.  Если фирма зарегистрирована  в  надлежащем порядке, 
мы  можем заключать  с  ней  договор  на охрану.  Проверять своих
клиентов  мыне   имеем   права.  Можно, конечно, поинтересоваться  их 
связью  с криминальными структурами,  но это уже  частная 
инициатива». А  если такой «частной  инициативы»  нет?  Тогда 
милиционерам можно  смело подрабатывать телохранителями Япончика,
Тайванчика. Лучка или Захара?

Любопытен комментарий  начальника  дежурных частей УВО Александра
Прокаева: «Мы проверяем обратившуюся к нам организацию на лояльность к
милиции  и выясняем,  нет ли конфликта из-за охраняемого объекта.То, что
произошло с Наумом, — это  ошибка  руководства  6-го  отдела.  На
Наумова у нас материалов не было.  Он нигде засвечен не был.  Если про 
него что-то знали руоповцы, то это вовсе не значит, что об этом должны
знать мы, К тому же договор был заключен с «Мерандо», а не с Наумовым.
Сейчас договор расторгнут —  фирма  вовремя  не  заплатила  денег».
Неужели,  г-н Прокаев,  обязательно работать в РУОПе, чтобы знать, кто
такой Наум? Увы, все эти нелепые утверждения лишь убеждают нас,  что
«красная  крыша»  для  бандитов  (так называется в криминальных  кругах 
прикрытие  со  стороны «своих» милиционеров) была, есть и будет.
    
Что касается  самого  убийства Наума, то по его поводу
появилось немало любопытных версий. В частности, гибель «авторитета» 
напрямую увязывалась с тем, что ряды лидеров преступной среды в
последнее время сильно поредели:  Япончик и Михась — в тюрьмах, 
Юзбашев  —  в  бегах, Цируль   —   на   кладбище.  Столичные 
криминальные  генералы  решили использовать этот момент,  чтобы устроить
большой передел в Москве, и первый  удар нанесли по Науму. Правда,
криминологи отнеслись к такой идее скептически.  По их мнению,  покойный
Наум явно не  дотягивал  до упомянутых   фигур   транснационального  
масштаба.  Естественно,  у «коптевских» есть связи и  интересы  в 
дальнем  зарубежье  (Германия, Польша, Венгрия, Австрия, Гонконг), 
однако  с  могущественными  Японцем  и  Михасем им просто нечего делить.

По другой   версии,  это  преступление  —  продолжение  борьбы  с
курганцами.  Ровно через неделю после убийства,  ночью 30 января  1997
года,  в  международном  аэропорту  Шереметьево-2  был  задержан лидер
курганской ОПГ Андрей Колигов.  Не исключено  также,  что милиционеры
надеялись, в частности, получить от Колигова информацию о том, кто 23
января расправился с коптевским авторитетом   Василием   Наумовым
(Наум-младший).

Что касается самой коптевской группировки,  то гибель еще  одного ее
лидера, по мнению наблюдателей, повергла группировку в шок. Василий
Наумов был,  что называется,  на подъеме.  Но пока  что  конкурирующие
структуры опасаются вступать с хозяевами севера в открытые стычки.

По оперативным данным, личный состав бандформирования насчитывает
порядка  200  «стволов».  Коптевские  славятся  на  всю  Москву  своей 
железной  дисциплиной  и  «отмороженностью»  (то  есть  отсутствием 
пиетета перед  чужими  «авторитетами» и ворами в законе).  Группировка, 
кроме своего  района,  контролирует   львиную   долю   бизнеса   в  
городах  Долгопрудный,  Лобня,  Железнодорожный,  часть  севера и
северо-запада столицы, район аэропортов Шереметьево-1 и 2, а также
локальные зоны в Центральном  округе и в ближнем Подмосковье. В их
данниках находится значительная доля автозаправок, ресторанов и
автосалонов, а также несколько столичных банков.  В  случае 
крупномасштабной  войны  они   могут  ждать  помощи  от  боевиков  из 
Тушина,  Орехово-Борисова,  Люберец,  а  также
«делегаций» из Красноярска, Санкт-Петербурга, Сочи.

ВОСТОЧНАЯ ДЕСПОТИЯ

Измайловская, или   измайловско-гольяновская  
группировка, получившая свое название по двум микрорайонам в 
Восточном  округе,  а также  по  имени  гостиничного  комплекса 
(рядом  со  станцией   метро  «Измайловский  парк»),  ставшего 
штаб-квартирой   этого  криминального  образования,  —  одно  из 
наиболее стабильных,  мощных  и  воинственных  бандформирований
столицы.  В отличие от коптевских  бригад,  расстрелы измайловких
лидеров были редкостью — все знали,  что на «восток» лучше  не 
соваться.  В  отличие  от  ореховцев,  эту  группировку  никогда  не
раздирали   серьезные   межклановые  распри  —  она  только  крепла  и
расширялась.  И хотя в последнее время в ней  не  было  безусловных  и
именитых  лидеров,  таких,  как  Михась  у  солнцевцев,  ее влияние на
криминальную ситуацию в стране трудно переоценить.

Это единственная   группировка,  о  борьбе  с  которой  подробно
отчитывался перед депутатами, а после и  перед  журналистами  министр внутренних
дел Анатолий Куликов. Это единственная группировка, чьи лидеры
приобрели связи (позже документально  подтвержденные)   с российским 
политическим  истэблишментом.  Назовем  только  три имени: Отари
Квантришвили, Шамиль Тарпищев, Владимир Жириновский.

Группировка сформировалась  из  молодежных  банд  в  начале 80-х.
Инициатором ее  создания  был  уроженец  Казани  Олег  Иванов.  В  это
криминальное   сообщество   вошли,   не   считая   самих  измайловцев,
гольяновская  и  перовская  бригады.  Кроме  Иванова,  на   лидирующих
позициях  в  группировке  укрепились  уголовные  «авторитеты»
Мальчик, Трофим,  Антон Измайловский (настоящая фамилия — Малевский) и
Афоня. К началу  1995  года  в группировке насчитывалось уже более 200
активных членов.  Под их контролем оказались Измайлово,  Гольяново, 
часть  Перова  и  Сокольников. Группировка  издавна  поддерживала 
дружеские  связи  с  люберецкими  и  балашихинскими  бандитами.  И  
так   же   традиционно враждовала с чеченцами.

На подведомственных территориях больших криминальных сражений  не
наблюдалось:  даже  иногородние  уголовники знали,  что в этих районах
«ловить»  нечего.  Так  что  все  вооруженные  конфликты   связаны  с
«наездами» со  стороны милиции.  Правда,  до начала 94-го года стражи
порядка также старались Измайловскую «братву» не  беспокоить.  Видимо,
чувствовали,  что  «малой  кровью»  здесь  не  обойдется.  Как  в воду глядели.

Первый
блин  у  руоповцев вышел комом.  В самом конце января 1994  года 
оперативники  устроили  засаду около казино.  Через час  (в  районе
четырех часов дня) из игорного заведения вышли пять человек,  среди
которых сотрудники  РУОПа  опознали  одного  из  лидеров  Измайловской
группировки Александра Афанасьева по кличке Афоня и его 23-летнего
соратника,  находящегося в федеральном розыске.  Бандиты сели в две
автомашины без номерных знаков — джип «Чероки» и «Жигули» девятой модели
— и  двинулись в сторону  микрорайона,  где  предполагалось провести 
«стрелку»  с  конкурентами.  Судя по оперативной информации, разговор
для кого-то мог окончиться очень плохо.

Оперативники решили не допускать очередного кровавого побоища и попытались блокировать джип, преградив ему путь на Проектируемом проезде 
у  дома  э  890.  Но  водитель  джипа  пошел  на таран.  Двое 
сотрудников   правоохранительных  органов,  находившиеся   в 
милицейских»Жигулях»,  получили ушибы и незначительные порезы. А джип и
«девятка» помчались в противоположные  стороны.  Так  как  главарь
находился в иномарке, преследование продолжилось за джипом,
направившимся в сторону Щелковского шоссе   —   излюбленной   трассы  
Измайловских  головорезов.

Задержать мафиози помог случай. Но лучше бы  такого  случая  не
представилось…  Джип  на  полном  ходу  вылетел на полосу встречного движения
и сошелся в лобовом ударе  с  «Жигулями»  первой  модели.  От
страшного  удара  погибли  на  месте  сидевшие  в  «единичке» водитель
автобазы МВД России  и  его  пассажирка  (жена,  как  выяснилось  чуть
позже).

В джипе  пострадали  трое:  Афоня  получил  проникающее   пулевое 
ранение  головы  и  сквозное  пулевое  ранение  шеи от выстрелов, 
сделанных во время преследования  сотрудниками  РУОПа.  Еще  два 
человека  — с переломами  и  сотрясением  мозга  —  были доставлены в
больницы. При осмотре иномарки  пиротехниками Управления  федеральной  
службы  контрразведки   была   найдена   боевая  граната  «РГД-5»  с 
запалом, матерчатая маска с прорезями для глаз (не оставлявшая сомнений в профессии   ее  хозяина)  и государственный  номерной знак
на джип «Чероки».Кстати говоря, конкурирующая группировка,к которой
спешили Измайловские лихачи, на установленное  место  «стрелки»  так  и 
не приехала.

Но самое   любопытное,  что  по  данному  эпизоду  прокуратура 
Первомайского района возбудила только одно уголовное дело — по  статье 171
ч.2   УК  РФ («превышение  служебных  полномочий, если  оно
сопровождалось  насилием  с  применением  оружия»)   —   в   отношении работников  РУОПа. Начальнику Управления по борьбе с преступностью
Владимиру Рушайло пришлось оправдываться: мол,  милиционеры  открыли
огонь  только после того,  как находившиеся в джипе члены измайловской
группировки протаранили машину РУОПа. В гибели же водителя «Жигулей» и
его  супруги,  по  мнению  Владимира  Рушайло,  были  виноваты  только
бандиты. В конечном итоге уголовное дело против сотрудников РУОПа было
прекращено. А вот  против  бандитов  его  и  вовсе  не возбуждали.
Сопротивление работникам милиции,  сопровождавшееся тараном их машины,
грубейшее  нарушение правил дорожного движения,  в результате которого
погибли два человека, боеприпасы, обнаруженные в машине измайловцев, —
все  это,  оказывается,  еще  не  повод  для уголовного преследования.
Головорезы спокойно подлечились и вышли на свободу. А Афоня без особых
проблем отправился на лечение в Швейцарию.

Эта  история  получила  неожиданное  телевизионное  продолжение. 
После  рассказа  в  новостной  программе  о  данном   инциденте
тележурналист взял  интервью  у  Отари  Квантришвили,  который  в  то 
время  очень  любил помаячить  на голубом экране.  «Крестный отец»
заявил:  «Милиция опять наехала  на  спортсменов». Он был, в общем-то,
прав, Измайловская, как и  многие  другие  группировки  нового типа,
рекрутировала в свои ряды немало высококлассных спортсменов. Например,
Миша Китаец был  профессиональным борцом.

Кстати, одна из версий, которую отрабатывал РУОП после гибели
Квантришвили, -причастность к организации этого громкого преступления Измайловских
«авторитетов». По крайней  мере  была  получена  важная оперативная 
информация,  что  незадолго до этого происшествия у Отари возникли
довольно сильные противоречия  с  измайловской верхушкой,  хотя  сам 
он  это  обстоятельство  тщательно  скрывал.
    
Еще одно  известное  имя,   в   связи   с   которым  
упоминалась  восточно-московская «братва»,  — Владимир Вольфович
Жириновский. После того как на его бывшего  (рассорившегося  с  ним) 
соратника,  бывшего  вице-спикера Госдумы  г-на  Венгеровского 
произошло покушение, он заявил  журналистам: «Я могу определенно
заявить, что на сегодняшний  день ЛДПР  подпирают:  липецкая  преступная
группировка,  петербургские бригады и  московская измайловская
группировка. О связях ЛДПР, по крайней мере, с этими  тремя  бандами 
мне известно со  слов представителей официальных властей,  ведущих
сейчас расследование дела  о  покушении  на  меня. То  есть  это
доказуемые вещи».

Естественно, лидеры  измайловцев  активно  контактировали   и с
криминальной  элитой  страны.  Так,  в  том же 1994 году зафиксирована встреча
Сильвестра и «авторитета» группировки Антона  Малевского.  Для 
проведения  этого  рандеву  Тимофеев  специально  вылетал  в Израиль, 
где с середины 90-х обосновался главарь измайловцев. По  данным 
спецслужб, обсуждались вопросы взаимодействия в области наркобизнеса.

С момента трагедии на Щелковском шоссе прошло более года,  прежде
чем милиция вновь решилась побеспокоить восточных супостатов.  На этот
раз операцию проводил Московский уголовный розыск.  И вновь пострадали
ни в чем не повинные люди.

5 апреля 95-го года сотрудники МУРа и спецназа устроили засаду на
Сокольническом валу (в  Сокольниках).Предполагалось предотвратить разборку 
измайловско-гольяновской  группировки с одной из местных бригад.  В
15.30 к месту разборки на восьми автомобилях приехали около 20 человек, 
которые,  как утверждают милиционеры,  были гольяновскими бандитами. 
Представители  второй  банды  не  явились — вероятно,  они попросту 
сдали  конкурентов  милиционерам.   Спецназовцы   попытались  задержать 
приехавших.  И  вновь измайловцы,  не задумываясь, вытащили пистолеты и
вступили с милицией в бой. Пули попали в милицейскую машину. 
Сотрудники  спецназа  открыли  ответный  огонь  из  пистолетов 
Макарова,  автоматов  «А-91»  и  «АКС» . В  результате   перестрелки 
пострадали  невольные  свидетели происшедшего.  Находящемуся в отпуске
военнослужащему Владимиру Акиньшину пуля угодила в левую ногу,  а 
Ирина  Якубовская была доставлена в больницу с ранением в спину. Более
того, часть бандитов сумела-таки от милиционеров  скрыться.  На  этот 
раз разобраться в причинах этой,  мягко говоря,  непрофессиональной
работы было поручено Преображенской межрайонной прокуратуре.

И все  же  милиционерам удалось задержать семерых активных членов
измайловско-гольяновской  группировки. На  месте  происшествия   были
обнаружены и изъяты заряженный пистолет «ТТ»,  нож и 9 гильз калибра 9
мм.

На этот раз сотрудники правоохранительных органов решили не
оставлять безнаказанной  вопиющую  наглость  Измайловской  «братвы»  и провели
целую сеть операций против группировки. В общей сложности было
задержано около десятка  боевиков.  Активные  оперативные  мероприятия
продолжались  до начала лета,  когда в расставленные правоохранителями
сети стала попадаться рыбешка покрупнее.

26 июня   1995   года   в  трактире  «Рублево»  по  подозрению  в
вымогательстве  и  захвате   заложника   сотрудники   МУРа   задержали гольяновского  лидера  Виктора  Неструева  по кличке Мальчик.  А через несколько дней был схвачен Марикела.
    
Свою  преступную  карьеру  Сергей  Королев — таково его
настоящее имя  —  начал еще в конце 70-х.  Вместе с Измайловской шпаной 
он  занимался квартирными  кражами.  За  это  преступление  Королев  и
сделал первую «ходку» в тюрьму. С тех пор она стала для Марикелы вторым
домом.

А  «лавры»  авторитета  преступного  мира  Королев  получил 
благодаря  своей  необузданной  любви  к  дорогим  автомобилям. Широкая
известность пришла к этому высококлассному угонщику с началом
перестройки.Вместе с друзьями молодости он организовал  преступную 
бригаду,  которая, помимо  угонов,  специализировалась  и  на  рэкете: 
потихоньку  стала обкладывать первые  появившиеся  на  востоке  столицы 
кооперативы. В начале 1992 года он был задержан при попытке угона
очередной иномарки автопатрулем.  Но долго за решеткой  не 
задерживался.Чем он сумел разжалобить судей, до сих пор неизвестно, но
за свои «проделки» он был осужден всего на восемь месяцев лишения
свободы.

В этот период   Марикела   близко   сошелся  с  такими  видными
«авторитетами», как Сергей Лазарев (Лазарь), Вячеслав Шестаков (Слива) и
ныне покойный Яша Барский.  Интересно,  что, даже став состоятельным 
человеком,  Марикела  продолжал  угонять  автомашины. Как отмечают 
близко  знавшие  его  люди,  Королев  получал  огромное удовольствие 
от  побед  над  новыми  системами  сигнализации  и хитроумными 
противоугонными  устройствами.   Рассказывают,  что  иногда  с 
Марикелой  за  угнанные  автомашины   расплачивались наркотиками — зная
его особое пристрастие  к пагубному  зелью.  Например,  в 1992 году
азербайджанцы рассчитались с  ним за «тачку» пакетиками с
триметилфентонилом.

Любовь к наркотикам сильно  подвела  Королева  в июле 95-го.  В
квартире 38-летнего «авторитета» (14-я Парковая улица,  41) сотрудники столичного 
РУОПа,  которые  нанесли  лидеру  измайловцев  неожиданный  визит, 
нашли  две  пары  наручников,   две   радиостанции   «Родон-М»
(настроенные,  кстати,  на милицейскую волну) и полтора килограмма (!)
маковой соломки. Наркотики и послужили поводом для задержания.

По данным  милиции,  Марикела  в  тот  период  являлся  ближайшим
сподвижником Антона Малевского (Измайловского),  проживающего,  как  мы 
уже  говорили,  в  Израиле.  По  странному совпадению  за  две  недели 
до  задержания  Королева  на  Малевского   на   земле   обетованной  
было организовано  покушение,  но лидер преступного сообщества остался
жив. По некоторым данным,  там же покушались и на  его  компаньона 
Михаила Черного, о котором мы скажем чуть ниже.

Здесь надо отметить, что задержания Мальчика и Марикелы были
произведены в ходе общемосковской операции «Правопорядок».Видимо,  к
этому времени столичные  правоохранители  уже  приобрели  определенные 
навыки   борьбы   с   бандитизмом,  и  данная  операция  была  гораздо
результативнее предыдущих. В те же  дни  милиции  удалось  арестовать
лидеров одинцовской и новосибирской преступных группировок.

Криминологи  давно  приметили:  как только бандиты оказываются  под 
жестким   прессом  правоохранительных  органов,  неминуемо  начинаются
разборки и в их собственных рядах.  За место выбывших из строя  бойцов
туг   же   разворачивается  жесточайшая  борьба.  Так  произошло  и  с
измайловско-гольяновским сообществом.

10 августа 1995 года на Новосибирской  улице был убит один из 
лидеров группировки Лю Чжи  Кай,  более  известный  как  Миша  Китаец. Вместе 
с  авторитетом  погиб еще один боец  группировки,  житель 
Ставропольского края Федор Карашов.  По  мнению  спецов  из  МВД,  оба
уголовника стали жертвами бандитских разборок.
    
Ранним утром Миша Китаец и Федя Карашов на «БМВ-750» 
отправились в  спортивный  клуб  на  вышеупомянутой  Новосибирской
улице.  Там они немного  позанимались  на  спортивных  тренажерах, 
после  чего,   как водится, долго отпаривались в сауне. В два часа Лю
Чжи Кай сел  за  руль (как  выяснилось  позже,  он  управлял  машиной 
по  доверенности),  и  приятели направились  в  сторону  Щелковскоге
шоссе, уже известного нашим читателям по инциденту с Афоней.

В тот  самый момент,  когда «БМВ» подъехала к дому 85,  ее догнал
«ВАЗ-2104»  без  номеров.  В  нем,  как  в  классических  гангстерских фильмах,  
сидели   трое  —  в  камуфляжной  форме  и  масках.  Машины
поравнялись. Пассажиры «четверки» опустили стекла с правой стороны — и
открыли огонь.  Судя по гильзам,  стреляли из пистолета и автомата.  В
водителя и пассажира «БМВ» было выпущено  более  двух  десятков  пуль.
Большинство  из  них  попали  в  цель.  Киллеры  провели  свою  работу 
настолько профессионально,  что пули практически  не  повредили  кузов
иномарки.  После  этого  обстрела  она  проехала еще около 50 метров и
врезалась в припаркованный на обочине старенький  «Москвич».  Впрочем,
пассажиры иномарки последнего столкновения уже не почувствовали…

Для поимки убийц был объявлен  план  «Перехват-Центр»,  и  вскоре
милиционеры пресловутую «четверку» обнаружили. В Яузе. Как и следовало
ожидать,  машина числилась в угоне. Стрелявших задержать, естественно,
не удалось.

Между прочим,  Лю Чжи Кай родился не в Пекине,  а в Махачкале, в
1953  году. В  33-летнем  возрасте,будучи  профессиональным борцом, закончил
Московский институт физкультуры и получил диплом  тренера  по
специальности  «спортивная  борьба».  С 1987 года работал шефом кружка
атлетической гимнастики в ДК э 2  Куйбышевского  района  Москвы.  Чуть
позже организовал «качалку» в подвале на Байкальской улице — там,  где
издавна тусовалась гольяновская шпана.

В 1990 году он был впервые арестован.  Миша Китаец подозревался в
том, что он сколотил и возглавил преступную группу, которая занималась
новомодным   рэкетом.Согласно оперативной информации, жертвами
вымогателей стали трижды судимая за мошенничество Геворкян (она, по ее
словам, лишилась 248 тысяч рублей — в дореформенных ценах!) и барменша
гостиницы «Измайлово» Цуканова (у нее отняли 4 тысячи).  Лю Чжи Кай  и
его адвокат утверждали, что дело сфабриковавши милиционеры из-за того,
что в конце 1989 года он

Освободившись всего через четыре года, Миша Китаец очень быстро
выдвинулся на лидирующие   позиции   в   измайловско-гольяновской группировке. 
Самое любопытное, что даже после отсидки он не оставил тренерской  
работы:   ковал,   как   говорится,   молодые  кадры  для измайловской
«братвы».  Он  вполне  официально  устроился  тренером  в молодежный 
спортивный клуб на Новосибирской улице,  11.  По некоторым данным, Лю
Чжи Кай вместе с другими «братишками» намеревался открыть в  Гольянове  
свой   рынок.   По   одной  версии,  Китаец  стал  жертвой
внутриклановых разборок.  По другой  —  Мишу  застрелили  кавказцы,  с 
которыми у гольяновских всегда были натянутые отношения.

Тем временем еще один удар по измайловцам  нанесли  руоповцы.  13 
января  1996  года они арестовали 30-летнего лидера группировки Сергея
Аксенова по кличке Аксен.  Он курировал оптовую и  розничную  торговлю
наркотиками.  В  конце 80-х его уже арестовывали — за хранение оружия.
Отсидка была недолгой: чуть более двух лет. Зато он приобрел бесценный 
тюремный   опыт.   Выйдя   на   свободу,  Аксен  активно  включился  в
криминальную  жизнь  столицы.  Говорят, в уголовной  карьере Сергею 
всячески протежировал   его  более  известный  в  преступных  кругах
родственник — Аксен Люберецкий,  «авторитет» люберецкой организованной 
преступной  группировки.  Его  в  свое  время судили по более солидной
статье — за вымогательство.

Аксена арестовали достаточно спонтанно.  В тот вечер оперативники
РУОПа решили проверить одну из автостоянок на Авангардной улице, возле
которой,   по  их  данным,  давно  работали  торговцы  наркотиками.  В  
сторожевой  будке  они   заметили  большую  шумную  компанию,   которая
собиралась  отпраздновать  старый Новый год.  Праздника не получилось:
руоповцы работали, как всегда, жестко и энергично.  Одним   из  
участников   сборища   на   свою   беду   оказался   Сергей  Аксенов,  
уже   хорошо   известный   сотрудникам  правоохранительных  органов. 
При   задержании   Аксенова сотрудники  московского  РУОПа провели
тщательный обыск — и обнаружили искомый повод для предъявления обвинения.  В  кармане  у  «авторитета» 
лежал  пластиковый  пакет,  а  в  нем  —  100 граммов маковой
соломки.Объяснять, как у него оказались наркотики, Аксен не пожелал.
Напомним, что  аналогичную  находку  милиционеры  сделали и при аресте
Марикелы. Кроме незаконного хранения наркотиков,  Аксену 
инкриминировали  также  вовлечение в преступную деятельность
несовершеннолетних.

Впрочем, от всех  этих  потрясений  группировка  довольно  быстро
оправилась  и  своей  боевой  мощи  не  потеряла.  В начале 96-го года криминологи 
фиксируют:  под  контролем  измайловцев  и  дружественных люберов во
главе с Антоном Малевским (Антон Измайловский) и Вячеславом Шестаковым
(Слива) находится практически вся восточная часть города  -от  Выхина до
Ярославского шоссе.  Г-н Малевский продолжает следить за развитием
ситуации из Израиля,  изредка наведывается в Москву, активно занимается 
легальным  бизнесом,  его  капиталы  вложены  в  различные коммерческие
проекты   во   многих  странах  мира. Группировка имеет немалый доход  
с   московских   игровых   заведений,  контролирует  несколько
коммерческих банков и крупных фирм.  Число  бойцов  достигает  300-400 
«стволов».  В качестве структурного подразделения в группировку входит 
перовская бригада  (около  100  боевиков)  под  руководством  Анатолия Роксмана (Толи Ждановского), находящегося в Западной Европе. Участники 
группировки контролируют микрорайон Перово  и  часть  Выхина.  Перовцы 
имеют свои коммерческие структуры в Юго-Западном округе Москвы и Южном
порту.  У  них  хорошо  развиты  связи  с  преступниками,  осевшими  в
Германии, Голландии и Турции.

Одним из «профильных» видов бизнеса  для  измайловцев  стал,  как 
выяснилось,  экспорт алюминия.  Скандал вокруг многомиллиардных афер с
«крылатым металлом» сотрясал общественное мнение в течение всего  1996
года.  Еще  до  его  начала  мне  посчастливилось  встретиться и очень
откровенно побеседовать с Сергеем Глушенковым — следователем,  который
много лет вел «алюминиевые» дела.  Вот, вкратце, подоплека этой драмы,
напрямую связанной с Измайловской преступной группировкой.

В 1992 году в Москву переезжают ташкентцы Лев и Михаил Черные,
бывший гендиректор Карагандинского  металлургического  комбината  Олег
Сосковец,   его   бывший   зам  Владимир  Лисин.  Сосковец  становится 
председателем Роскоммета,  а братья-ташкентцы начинают свой  бизнес  в
НПО  «Конверсия» и его дочернем предприятии СП «Колумб».  Начало было,
судя по всему,  весьма неудачным и к тому же омрачилось  гибелью  (при
весьма  странных  обстоятельствах)  компаньона  братьев  Черных  Игоря
Белецкого.

В этот момент происходит роковая встреча братьев  с Лисиным, имеющим
хорошие связи в металлургическом главке.  В умах  комбинаторов рождается  
гениальная   идея.   Для   ее   осуществления  во  Франции
регистрируется фирма «Мирабель»,  братья входят в  руководство  доселе
никому   не   известных   оффшорных   компаний  «Транс-Сиз-Коммодитиз»
(Монте-Карло),  «Транстэк-Компани»  (Франция)   и   «Транс-Коммодитиз»
(Нью-Йорк),  а Лисин становится их российским представителем.  И уже в
августе — сентябре  того  же  1992  года  с  крупнейшими  алюминиевыми
заводами   —  Красноярским,  Братским  и  Новокузнецким  —  эти  фирмы
заключают около 10 контрактов на основе толлинга (то  есть  работы  на
сырье, предоставляемом заказчиком). По условиям договоров «иностранцы» 
Черные должны были  обеспечивать  металлургов  валютой и заграничным
сырьем, а за это освобождались от таможенных  пошлин и некоторых  
налогов.

Эти условия с самого начала нарушались: вместо обещанных долларов 
фирмы  Черных  расплачивались  наличными  и  безналичными  рублями,  а
«заграничное» сырье ввозили из расположенного рядом с КрАЗом Ачинского
глиноземного  комбината. Условия  «партнерства»   были    воистину
грабительскими:   опережающая  отгрузка  алюминия  (металл  отпускался
раньше,  чем оплачивалась его переработка);  в полтора раза заниженная
оплата переработки; постоянные задержки денежных перечислений.
    
Но директора  не   роптали.   Более   того,   буквально 
умоляли правительство продолжить «эксперимент с толлингом». Например,
директор БрАЗа в письме, датированном апрелем 1993 года, взывал:
«…С целью недопущения резкого  сокращения    производства   и  
обеспечения экономической и социальной стабильности завода прошу Вас, уважаемый
Борис Николаевич, разрешить заводу   продолжить   переработку давальческого    
глинозема     по  Контрактам…     с    фирмами
«Транс-Сиз-Коммодитиз,  ЛТД»  и «Транстэк-Коммодитиз»…  Это позволит дополнительно перечислить в бюджет порядка 20 миллиардов рублей».

Старший
следователь по особо важным делам СК МВД Сергей Глушенков 
предполагает,  что причины крепнувшей день ото дня дружбы директоров с
фирмами Черных весьма прозаичны.- {Директор завода, не страдающий 
старческим  маразмом,  может согласиться  экспортировать  алюминий  за
рубли только в одном случае: если валюта переводится на его личный 
счет  в  швейцарском  банке.  В Следственный  комитет  поступило  немало материалов (по большей
части,увы,  анонимных), свидетельствующих об  открытии  валютных 
счетов  и покупке   за   границей  недвижимости  для  руководителей 
алюминиевых   предприятий  и  некоторых  правительственных  чиновников, 
в  том  числе возглавлявшего  с  1992  по  1993  год  Роскоммет  Олега 
Сосковца.  К сожалению, проверить эту информацию пока невозможно}.

Откуда же  «партнеры» алюминиевых заводов брали десятки миллионов 
долларов,  необходимых для проплаты заводам по толлинговым контрактам?
В  ходе  многомесячного расследования сотрудники СК МВД установили  
три  основных  источника  мифического  богатства алюминиевых воротил.

Первый —  «грязные»  капиталы криминальных структур (в том числе, 
измайловцев), в условиях гиперинфляции требующие немедленной отмывки.

Второй — дешевые кредиты некоторых криминализированных московских банков.

Третий — основной — подложные фальшивые авизо.

Фактически в 
1992-1993   годах   параллельно   происходили   две  крупнейшие
экономические диверсии.  С одной стороны,  отмывка «черного нала» в
алюминиевой  промышленности,  сопровождающаяся  массовым  вывозом  за 
рубеж  ставшего  дармовым «крылатого металла».  С другой — хищение из
госказны сотен миллиардов рублей  при  помощи  пресловутых  авизо.  По
мнению   следователей,  мог  существовать  единый  мозговой  центр  по
проведению бизнес-диверсий.

Вначале фальшивые   деньги   гнали   на  алюминиевые  предприятия 
напрямую,  позже  предпочитали  проводить  безналичку   через   каскад
подставных фирм-однодневок. Схемы операций  были столь запутанными,
что,  обнаруживая мошенничество,  правоохранительные органы не  всегда
могли определить, кого считать потерпевшей стороной.

Еще одна сложность:  стоило сыщикам выйти  на  одну  из  ключевых фигур многоступенчатой аферы, как вскоре этого человека либо настигала
пуля  киллера,  либо  он  погибал  в  автокатастрофе.   Под   колесами
автомобиля  закончили свою жизнь упомянутый Игорь Белецкий, Александр
Борисов, оформляющий фальшивые авизо от имени фирмы «Сибинвест»,
зампред   Роскоммета   Юрий   Колетников,   курировавший   алюминиевую
промышленность.

«Сотрудничество» оффшорных   бизнесменов  с сибирскими  заводами
сопровождалось бесчисленными уголовными  разборками.  В  одном  только
Красноярске было убито пять «алюминиевых генералов». Погиб и известный
предприниматель Вадим Яфясов, работавший по поручениям Черных с НкАЗом
(Новокузнецк).  Летом  1993  года  он попал в очень тяжелое положение,
когда правоохранительные органы выяснили,  что перевод  900  миллионов
рублей  на  заводской  счет  был  произведен  по  фальшивому  авизо из 
Дагестана.  И тогда его трудоустраивают… в Роскоммет. Судьба Яфясова
вообще  очень  показательна. Из Роскоммета он ушел к Олегу Кантору в
банк «Югорский» — на должность вице-президента.  А оттуда — на КрАЗ, в
заместители  директора (Черные  очень  любят  вводить  своих  людей в
заводское руководство). Но долго там проработать ему не удалось…

В прессе  уже высказывались,  что убийства Вадима Яфясова и Олега
Кантора — звенья одной цепи,  ведущей к оффшорному бизнесу. Новый свет
на  эту  историю  пролили  сенсационные откровения  Бориса Федорова в 
«Новой  газете».  Бывший  спортивный  функционер  упомянул   о   неких
коммерческих   отношениях   между   братьями   Черными  и  Тарпищевым,
Барсуковым  и  Коржаковым.  Там  же  он  намекает,  что  президентские
фавориты знали, кто и за что убил Олега Кантора.

Федоров говорил также про убийство некоего Феликса.Возможно,речь шла о Феликсе Львове,возглавлявшем российское представительство американской 
корпорации  АЮК  —   одной   из   крупнейших:   западных  алюминиевых 
компаний.  С  какого-то момента Львов стал сотрудничать с российскими  
спецслужбами,   помогая   им   собирать   компромат   на «алюминиевых 
генералов».  Немало  интересного он успел сообщить и про братьев
Черных.  За что,  вероятно,  и поплатился (киллеры, показавшие красные
корочки сотрудников какой-то спецслужбы,  похитили его прямо в
аэропорту,  в   зоне   паспортного   контроля).   Откровения   бывшего 
спортивного  функционера  наводят  на мысль,  что Феликса Львова,  как
впоследствии и самого Бориса Федорова, намеренно сдали бандитам.

Федоров в  своем  интервью намекал на связи его бывшего соратника 
Шамиля Тарпищева с лидерами  Измайловской  группировки  и  с  братьями
Черными. Впоследствии это блестяще подтвердили корреспонденты и
операторы НТВ, сделавшие целый сериал документального  расследования
алюминиевых афер.  В частности,  они рассказали  о  счетах,  открытых 
на  Западе  семьей  Сосковца,  и  о  валютных перечислениях, 
произведенных  на  эти  счета  фирмами  братьев  Черных.  Кроме  того, 
они  засняли  на  скрытую  камеру,  а потом продемонстрировали миллионам
телезрителей, как Михаил Черный  и  Антон  Малевский  встречали  в 
аэропорту  под  Тель-Авивом российского министра физкультуры и  спорта  Шамиля  Тарпищева.  Камера
запечатлела трогательный эпизод:  Антон Измайловский толкает тележку с
вещами  Тарпищева.  Видимо,  даже  в  воровской  иерархии  федеральный 
министр стоит гораздо выше «авторитета» крупной столичной группировки.

Позже Владимир  Гусинский, глава  финансовой  группы  «МОСТ» и
учредитель  НТВ,  признался  автору этих строк,  что телерасследование было
проведено по его инициативе,  причем  была  задействована  служба 
безопасности «МОСТа».  «Моя цель — очистить высшие эшелоны власти хотя
бы от прямых связей с бандитами»,- сказал банкир.И Гусинский кое-чего
действительно добился. Разгорелся беспрецедентный скандал,  начались
специальные  слушания  в  Госдуме.  Глушенкову  была  дана   установка
активизировать расследование алюминиевых афер. А перед парламентариями в
конце февраля 1997 года выступил глава МВД Анатолий Куликов. На этот
раз он не стал ограничиваться общими фразами,  а говорил конкретно — и
об измайловцах,  и о братьях Черных.  Один из  депутатов  передал  мне 
стенограмму яркого выступления министра внутренних дел. Поскольку она
ни  разу не публиковалась,приводим некоторые выдержки из этой 
программной  речи,  а  также  из  сказанного  министром в те же дни на 
пресс-конференции,  где частично воспроизводилась речь  в  парламенте. 
Еще раз подчеркнем,  что измайловцы — первая группировка,  удостоенная 
такого подробного упоминания на самом высоком уровне

— {Оценивая в целом криминальную ситуацию в цветной металлургии,следует
отметить,что по сравнению с 1994 годом число преступлений, связанных  
с   незаконным  оборотом стратегического  сырья,  выросло   примерно в
два-три раза в целом по России,  а по отдельным регионам  -до пяти раз.

Существующие  способы   хищения   цветных   металлов  с 
промышленных предприятий   можно   условно   разделить  на  два  вида  —
контролируемые и бесконтрольные.  Первый подразумевает хищения, 
совершаемые различными  коммерческими  структурами  с  использованием
коррумпированных связей среди чиновников администраций областей,
руководителей  предприятий-производителей и правоохранительных 
органов.  Данный  способ  предопределяет  наличие  крупных  финансовых 
средств  подставных  фирм,  связей   с криминальными структурами.

В 1992 году фирмой «Транс-Сиз-Коммодитиз» были  заключены контракты 
с  российскими предприятиями алюминиевой промышленности,  в том  числе 
с  Братским,  Красноярским  и  Новокузнецким  алюминиевыми  заводами, 
а  также с Ачинским глиноземным комбинатом.  Оплата по этим контрактам
производилась «Транс-Сиз-Коммодитиз» денежными  средствами, полученными 
в  банковской  системе  России в результате мошеннических операций с
фальшивыми авизо.  Интересы фирмы представлял  один  из  ее 
руководителей Лев Черный. В настоящее время для следствия имеет важное
значение  информация о связи  братьев  Черных   с   государственными
чиновниками России.

Следственным комитетом МВД  выявлены  также  факты  беспошлинного 
вывоза  алюминия  с Красноярского алюминиевого завода.  При исполнении
контракта с «Транс-Сиз-Коммодитиз» с завода было вывезено на 21 тысячу
тонн алюминия больше,  чем  завезено  глинозема,  необходимого  для
производства этого  металла. Это  позволило  заводу  избежать  уплаты
таможенных пошлин на два миллиарда рублей.  Следственным комитетом МВД
России установлены  прямые  контакты  с правоохранительными  органами
Соединенных  Штатов  Америки,  Канады,  Великобритании,  занимающимися 
расследованием противоправной  деятельности  братьев  Черных, связанной
с  отмыванием незаконно полученных денежных средств.

Особую опасность  и  возрастающее  влияние  на   происходящие  в
металлургическом   комплексе   криминальные   процессы  оказывают  так
называемые воры в законе, лидеры преступных формирований, представители 
элиты  преступного  мира, профессионалы   уголовно-преступной среды.  В
воровской среде  усилилась  тенденция  к склонению директоров
госпредприятий,  чья продукция пользуется спросом за рубежом,  к сотрудничеству с  представителями  криминального  мира.
Снимают с них вопросы поставок сырья,  сбыта продукции,  неплатежей, а
также используют средства воровских «общаков» на нужды предприятий.  И 
таким образом,  придавая взаимовыгодный характер этим отношениям, воры
в  законе   и   лидеры   преступных   формирований   подменяют   собой  
государственный механизм регулирования хозяйственных отношений.

По информации  подразделений  по   борьбе   с   оргпреступностью, 
практически  все  сделки  с алюминием на заводах Красноярска и Братска
контролируются лидерами  преступных  формирований.  Так,  за  поставки
сырья  на указанные заводы отвечают известные нам воры из Узбекистана,
вложившие в  это  «общаковские»  средства.  Вор  из  Братска  Тюрик  с 
привлечением  ряда  московских  воров  и  лидеров,  используя  связи с
руководителями  Братского  алюминиевого  завода  и  братьями  Черными,
отвечает за поставку алюминия на Лондонскую биржу через контролируемые
им американские, испанские и израильские фирмы.

Правоохранительными  органами  России  в  прошедшем  году[1996 год] 
задержаны  74  активных  участника  измайловской  преступной 
группировки, подозреваемой в причастности к незаконному «алюминиевому
бизнесу». В отношении членов этой  группировки  возбуждено  32 
уголовных  дела. Московское   региональное   управление   по  борьбе  с 
организованной  преступностью   продолжает   работу   по  
локализации    измайловской группировки. Основным  препятствием  в ее
нейтрализации стало  то  обстоятельство,  что  с   ней   связано  
много   бывших   сотрудников правоохранительных  органов,  обладающих 
широкой информационной базой среди коррумпированных  чиновников.  Кроме 
того,  лидер  измайловской группировки  Антон Малевский находится в
настоящее время в Израиле. В отношении него в 1993 году прокуратура
Москвы возбудила уголовное дело за  незаконное  хранение  оружия, 
однако  летом  1996  года  оно было прекращено «вследствие изменения обстоятельств».  МВД к этому  решению отношения не имеет}.
   
Кстати,
вскоре   после   выступления   министра   против   Антона Малевского
Генпрокуратура вновь  возбудила  уголовное  дело  по  факту хранения   оружия.  А  руководство  МВД  затребовало  всю  оперативную
информацию  по  Малевскому, имеющуюся  в подразделениях   органов
внутренних дел.  Как сообщил журналистам источник в правоохранительных 
органах,  руководство   МВД   надеется,   в   случае   выдачи   Антона
Измайловского из Израиля в Россию, расспросить его о связях с братьями
Львом и Михаилом Черными и об их совместном  участии  в  активизации 
раздела алюминиевого рынка России.

Между тем в московские суды были  переданы  дела о лоббировании
измайловцами  своих  интересов  через правоохранительные органы.  Так,
Останкинский  райсуд  принял  к  производству  уголовное  дело  против 
32-летнего  адвоката Мосгорколлегии Дмитрия Такташева.  Он обвинялся в
том,  что  попытался  дать  взятку  в  5  тысяч  долларов  следователю 
прокуратуры  Северо-Восточного округа Армену Саркисову за освобождение
из-под стражи  активного  участника  измайловско-гольяновского 
бандформирования Александра Курашова.  Адвокату также было предъявлено
обвинение в нанесении  телесного  повреждения  (укусе)  офицеру  РУОПа 
Виктору Сулину.

Особенность этого дела в том,  что  Дмитрий  Такташев  склонял  к
лихоимству  одного  из  своих  бывших  (хотя  и  не  непосредственных) подчиненных. 
До трудоустройства в Московскую  коллегию  адвокатов  он работал  в 
самой  Генеральной  прокуратуре прокурором в управлении по надзору за 
следствием  в  органах  внутренних  дел.  Однако  связи  в
Генпрокуратуре на сей раз Такташеву не помогли.

С мая  1995  года  в  производстве  у   следователя   прокуратуры
Северо-Восточного  округа Армена Саркисова находилось уголовное дело о
похищении неизвестными предпринимателя Сергея Купцова. Долгое время по
этому  делу  не было даже подозреваемых.  Однако в феврале 1996 года —
как  мы  уже  отмечали,  «урожайного»  по  количеству  арестов 
активных  членов  измайловско-гольяновской  группировки — сотрудники все
того же РУОПа задержали двух видных боевиков — Александра Курашова и
Владимира Кириллова.  Их-то  и  заподозрили в похищении Купцова. Кроме
того, Курашову намеревались предъявить и  обвинение в незаконном
хранении  оружия.

После задержания Курашова и Кириллова милиционеры получили агентурные данные о том, что из «общака» Измайловской группировки на спасение
попавших в беду бойцов было выделено 50 тысяч долларов.  Была 
поставлена задача-минимум:  освободить «братишек» из-под стражи.  Этой
информацией руоповцы,  поделились со следователем Саркисовым.  В ответ  
тот  заявил,  что адвокат Курашова Дмитрий Такташев уже намекал ему на
возможность получить  вознаграждение,  о  чем  следователь  докладывал
своему руководству.

К 12 марта, к согласованному   времени   очередного   прихода 
Такташева,  оперативники  хорошенько подготовились.  Кабинет Саркисова был 
оборудован  скрытой  видео-  и  аудиоаппаратурой.  Когда   пришел
адвокат,  следователь  с  улыбкой произнес: «Ну что ж,  г-н Такташев.
Собираемся  предъявить вашему подзащитному   обвинение».  
Адвокатнвоспринял  это  как  сигнал  к  энергичным действиям.  Он молча
вырвал клочок бумаги из  записной  книжки  и  написал:  «Огромная 
просьба  — не арест.  Все, что возможно за не арест — $5 тыс. Я даже
готов сейчас решить вопрос».  И так же молча протянул записку 
Саркисову.  Заметив, что следователь колеблется,  забрал бумажку и
приписал: «Возможен плюс и за второго.  Это мне  надо  обсудить». 
Поскольку  лицо  следователя  по-прежнему  ничего  не  выражало, 
Такташев  сделал  еще одну запись: «Курашов 5 — не арест».

Когда в  кабинет  Саркисова вошли оперативники из РУОПа,  записка 
уже находилась у Такташева в блокноте, а сам  он  звонил  кому-то  по
мобильному телефону. Быстро оценив обстановку, адвокат схватил записку и
отправил ее себе в рот. Более пяти минут продолжалась  ожесточенная
борьба. Даже оказавшись   на  полу,  адвокат  продолжал  энергично
зажевывать главное вещественное доказательство. Руоповец, попытавшийся
было просунуть пальцы в пасть работника  адвокатуры,  вскрикнул и
отдернул руку:  зубы Такташева оказались по-звериному острыми (позже
адвокат  заявит, что укусил оперативника  «рефлексивно»). И все же
адвокатские челюсти удалось разжать.  Вынутая на  свет  Божий  записка
оказалась вся в крови милиционера.

Такташев оказался в «Матросской тишине» с обвинениями сразу по
двум статьям Уголовного  кодекса:  попытка  дачи  взятки  (адвокат действительно
имел при себе 5 тысяч  долларов)  и  нанесение  телесных повреждений 
милиционеру  Сулину.  Неужели  Такташев  так  плохо знает основное 
уголовное  законодательство, что с такой  легкостью  себя подставил?
Отнюдь. Просто такова обычная,  регулярная  практика  российских 
адвокатов,  значительная  часть  которых  издавна  работает  основным 
передаточным  звеном  от  обвиняемого к следователю (судье).  В России
главное — не адвокатское красноречие,  а знание — кому, когда и
сколько.  Не  случайно,  что  по  тому  же  обвинению под следствием
оказалась и еще одна сотрудница Мосгорколлегии адвокатов — госпожа
Яцковская,обслуживавшая солнцевскую ОПГ. Если так легко обходят закон
члены городской коллегии — главного адвокатского объединения столицы —
то  что  уж  говорить о расплодившихся как грибы после дождя маленьких
юридических конторах…

Кстати, Такташев нашел довольно хитроумный способ отмазки от этого
обвинения. Он заявил, что в своей записке следователю Саркисову не
употреблял слова «взятка», а значит, его действия нужно расценивать как
попытку внесения денежного залога  за  подзащитного  Курашова.  Но
следователи   резонно  возразили,  что  если  бы  Такташев  говорил  с 
Саркисовым  всего   лишь о залоге, ему не было бы смысла
конспирироваться, молча писать записки, а затем пытаться проглотить 
клочок бумаги при появлении милиционеров.

Хотя на  ей раз следователь оказался на высоте, Куликов не случайно говорил о связях   измайловцев   с    коррумпированными правоохранителями. 
Даже  после  разоблачающего  выступления  министра  внутренних дел
зафиксированы случаи такого  странного  сотрудничества.  Одна   из 
подобных  темных  историй  произошла  с  особняком  «Остров  Надежды», 
который по распоряжению самого  Юрия  Лужкова  был  сдан  в аренду 
девичьему приюту.  Там жили беженцы из «горячих точек»,  в том числе из Чечни.

Но за  особняк началась борьба.  По мнению
наблюдателей,  по одну  сторону     баррикады     оказалась     
общественная      организация Христианско-демократический  Союз, 
создавшая  в  особняке  приют,  по другую — измайловская группировка и 
высокие  чины  из  МВД.  Одна  из организаторов  приюта,  беженка  из 
Чечни  Галина  Тюкова со своими и  чужими  детьми  (всего  около  30 
девочек),  по   меткому выражению журналистов,  «вновь оказалась в зоне
боевых действий».  Некий старший лейтенант юстиции предложил Тюковой прописку,работу и даже подъемные
пятьсот долларов, если она откажется от особняка.  Она не отказалась.
Тогда в феврале 1997 года милиция вышвырнула всю общину на улицу.

В
24-м  отделении милиции Галине учинили настоящий ночной допрос.
Требовали,  чтобы она признала:  приют — это притон,  а его  директор 
—  «альфонс».  Она возмутилась,  и  тогда  ей  заявили:  отберем  твоих 
детей.  Так в итоге и произошло. Вышло  соответствующее чиновничье 
решение:девочек отобрать.Мотивировали отсутствием у Г.В.Тюковой средств
к  существованию, что создает опасность для их (детей) жизни.

Когда уводили с допроса, Галина случайно увидела, как в соседней
комнате женщина-инспектор бьет ее  дочь. Дальнейшие свои  действия
Тюкова,  естественно, не контролировала. Ее посадили в мужскую камеру. 
Двое суток не давали воды и пищи.  На третий день Тюкову на свой  страх 
и  риск  отпустил  дежурный  офицер.  Пока  она  сидела,  кто-то 
порвал  и  выбросил  справку  о  том,  что  ее  семья  —  беженцы  из  
Грозного, «предположив», что она фальшивая.

Пока одни  правоохранители  делали  с   измайловцами   совместный
бизнес,  другие  продолжали  их  лидеров  арестовывать.  В марте 97-го
повязали еще одного «авторитета» измайловско-гольяновской группировки,
известного  под  кличкой Кузя.  Как и в случаях с Аксеном и Марикелой,
поводом для ареста явились обнаруженные у Кузи 5 граммов гашиша.В печать
просочилась   информация, что истинной причиной  ареста «авторитета»
является  возросший  после  всех  упомянутых  скандалов   интерес 
правоохранительных  органов  к  осевшему  в Израиле  главарю измайловцев
— Антону Малевскому-Измайловскому.  Возможно,  в ближайшее время 
откликнутся  и израильские правоохранители.  Судя по аресту ими
известного  бизнесмена  Лернера  и   вдовы   Сильвестра, израильские
полицейские  в  борьбе  за  очистку  страны от русской мафии настроены
весьма решительно. Глядишь, доберутся и до Черных…

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

9 + 5 =