Search
Generic filters
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in excerpt
r="ltr" style="text-align: left;" trbidi="on">

Российская преступность: Кто есть кто (Глава 1-4)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 5-6)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 7-8)  
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 9-10) 
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 11-12)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 13-14)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 15-16)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 17-18)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 19-20)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 21-23)
Российская преступность: Кто есть кто (Глава 24-25)

МОЯ МИЛИЦИЯ МЕНЯ…

Мне довелось участвовать в нашумевшей телепрограмме «Преступление без наказания», посвященной второй годовщине смерти Листьева. Передачу вели  попеременно  Владимир  Познер,  Владимир  Киселев   и   Светлана Сорокина,   аудитория   состояла   из  главных  редакторов  и  ведущих журналистов столичных изданий.  А вопросы планировалось задавать  трем руководителям  силовых  структур  —  министру  внутренних дел Анатолию Куликову, директору ФСБ Николаю Ковалеву и Генеральному прокурору Юрию Скуратову.  Но  все они дружно проигнорировали приглашение ОРТ,  РТР и НТВ прийти в телестудию и  рассказать,  как  их  ведомства  борются  с мафией и раскрывают заказные убийства.

Вместо начальников пришли первые замы.  И,  не отвечая ни на один конкретный    вопрос,    стали    забрасывать   нас   цифрами,   якобы свидетельствующими  об  увеличении   раскрываемости   преступлений   и уменьшении  темпов  роста  преступности.  Особенно агрессивно вел себя представитель внутренних  дел  Владимир  Колесников.  Я  слушал  этого
грузного,  самоуверенного и самовлюбленного генерала и думал:  если бы его подчиненные так же отчаянно и решительно сражались с криминальными группировками,  как  он  набрасывается  на  журналистов  и независимых криминологов (указывающих,  что раскрываемость  учтенных  преступлений увеличивается только за счет массового сокрытия тяжких преступлений от учета), — если бы рядовые милиционеры были так же храбры на улице, как их начальник — в телестудии, просто не о чем было бы говорить.

Проблема не  только  в   неспособности   наших   правоохранителей раскрывать  серьезные  заказные  убийства.  Речь  идет о том,  что вся система  организованной  правоохраны  положена  на  обе  лопатки  всей системой  организованной  преступности  И,  находясь  в  этом  лежачем положении,  — расслабляется.  Чтобы не было слишком больно от  насилия над законом.

Бессмысленно вести речь о серьезных  попытках  раскрывать  деяния организованного   криминалитета.   Ведь   даже   элементарное  силовое единоборство между  мафиози  и  милиционером  все  чаше  заканчивается трагически для последнего.

8 февраля 94-го года был совершен вооруженный налет на  квартиру, в  которой проживали пятеро бойцов из азербайджанской группировки.  Из квартиры был вынесен  целый  мешок  ювелирных  изделий,  в  том  числе 400-граммовый слиток золота. Соседи, услышав выстрелы и необычный шум, позвонили в милицию.  К злополучному подъезду подоспели сотрудники ОВД «Кузьминки»  —  старшие лейтенанты Александр Акимов и Леонид Пасечник. Как раз в это время из парадного  выскакивали  злоумышленники.  Однако неожиданной эта встреча оказалась только для милиционеров. Первый удар ножа — и замертво  падает  Пасечник.  Автоматная  очередь  —  и  ранен Акимов.  Его добивают в спину все тем же ножом.  Преступники садятся в «Волгу» и спокойно покидают двор дома 117 по Волгоградскому проспекту.

На другой день ГУВД Москвы,  как всегда в таких случаях,  провело операцию «Возмездие».  Были задержаны более  сотни  кавказцев,  изъяты несколько  десятков  стволов.  Но  о том,  удалось ли задержать убийц, ничего не сообщалось.  Значит,  опасный прецедент был все-таки создан. Бандиты еще раз убедились: при встрече со стражами порядка можно смело вступать в бой.  Скорее всего они не  окажут  никакого  сопротивления. Скорее всего убившие их не понесут никакого наказания.

Буквально через три дня  этот  нерадостный  для  законопослушного населения   постулат   еще  раз  подтвердился.  На  этот  раз  милиция столкнулась с балашихинской мафией (полтора  месяца  назад  потерявшей своего   предводителя   Фрола,   но   от   этого  не  потерявшей  свою боеготовность).  Точнее,  «наехать» попытались  лишь  на  одно  из  ее подразделений    —   на   бригаду,   которая   специализировалась   на дальнобойщиках. У бандитов был один — единственный принцип: свидетелей ограбления (то есть водителей и пассажиров) в живых не оставлять.

Итак, располагая всей полнотой информации  о  профессионализме  и жестокости   местных   мафиози,   «вязать»   их   отправили  группу  в количестве… двух сотрудников ОВД: сержанта патрульно-постовой службы и участкового инспектора. Исход милицейской операции в деревне Пестово (близ  городка  Железнодорожного)  можно   было   легко   предсказать. Изрешеченные автоматными очередями, оба стража порядка остались лежать в избе;  где размещалась  «малина».  С  противоположной  стороны  —  1 убитый,  0 раненых.  На что надеялись милиционеры — на внезапность, на устрашающий вид своих погон или на хорошо  поставленный  голос,  каким они  привыкли  командовать:   «Бросай  оружие,  руки за голову!» — этот вопрос можно уже отнести к разряду риторических.

Что уж  говорить  о  противоположных случаях;  когда преимущество внезапности  —  на  стороне  бандитов.  Весьма   характерная   история произошла  в  Актюбинске.  Здесь  бандиты прельстились складом оружия, располагавшимся в здании,  где был расквартирован  спецназ  городского ОВД.  Три злоумышленника без единого выстрела (у них были только ножи) перебили весь наряд  из  четырех  вооруженных  до  зубов  и  прекрасно обученных  для  рукопашного  боя  спецназовцев.  Шансов  выжить  им не оставили.  Оправданием для руководства  элитного  подразделения  могло послужить  лишь одно вскрывшееся впоследствии обстоятельство.  Один из бандитов был тоже  когда-то  спецназовцем  и  расправлялся  со  своими бывшими сослуживцами. Но утешение, прямо скажем, весьма слабое.

Когда в боях в Буденновске,  Первомайском и  Грозном  спецназовцы так и не смогли оправдать приписываемые им молвой качества суперменов, военные обозреватели доказывали,  что  во  всем  виноваты  неграмотные генералы,  или  объекты,  не  соответствующие  предназначению  элитных подразделений,  или фактор заложников.  Но оказывается,  что и в более «приспособленных»  условиях  они,  мягко  говоря,  не  проявляют  того профессионализма,   что   демонстрируют    перед    телекамерами    на показательных учениях.

Так, в Крыму,  при  взятии  банды  Бабака  —  шести  головорезов, живущих   в   симферопольских   катакомбах,   —   решили  использовать пресловутый спецназ.  Результат безрадостный:  бандиты,  не потеряв ни одного «штыка», без особого труда отбились и при этом отправили на тот свет двух спецназовцев.  Лишь после гибели через пару  месяцев  самого Бабака преступников удалось задержать.

Что уж говорить о простых милиционерах.  Вероятность того, что их бой с бандитами будет неравным (в пользу последних), за последние годы невероятно возросла.  В  Елабуге  по  приказу  преступного  авторитета убивают   депутата   Верховного  Совета  Татарии  Санды  Гафиятуллина. Киллеров  двое.  За  ними  гонится  целый   взвод   стражей   порядка. Преступники   вместо   того,   чтобы   бросить,  как  требует  от  них «матюгальник»,  оружие,  решают принять бой.  И оказывается,  что с их стороны это решение правильное:  четверо милиционеров ранены, а одному из бандитов удается-таки уйти — целым и невредимым.

Иногда возникает  ощущение,  что  милиционеры  делают  все от них зависящее,  чтобы преступники не пострадали.  В апреле  95-го  бригада правоохранителей  по  вызову соседей отправилась на место вооруженного ограбления.  Однако стражам порядка  и  в  голову  не  пришло  оцепить указанный дом, расположенный на Осеннем бульваре.

Пока люди в форме толклись у одного подъезда,  грабители спокойно вышли из другого (для этого им потребовалось всего лишь  перелезть  на соседний балкон). Столь же непрофессионально милиционеры действовали и в дальнейшем.  Одного из преступников  удалось  засечь  на  автобусной остановке.  Как и в вышеперечисленных случаях, завязался бой. Открытая местность,  бандит с пистолетом против четырех стражей порядка с двумя пистолетами  Макарова  и двумя автоматами.  Результат потрясающий:  ни одна из полусотни выпущенных в  преступника  пуль  не  достигла  цели. Бандит ушел.

Беспомощность наших  милиционеров,  которых,  похоже,  учат  чему угодно,  но только  не  сражаться,  иной  раз  вызывает  даже  чувство сострадания.  Несчастного опера из 108-го отделения милиции угораздило стоять в наряде по охране гостиницы «Интурист»  в  тот  роковой  день, когда   туда   пожаловали   двое   грабителей.   Уложив  на  пол  весь обслуживающий персонал расположенного в фойе пункта  обмена  валюты  и ювелирного киоска, люди в масках спокойно чистили сейфы.

И в этот момент в фойе вбегает  наш  герой,  вы  званный  кнопкой тревоги.  Один  из  грабителей  оборачивается  и  производит всего два выстрела — в левую ногу милиционера и  в  правую.  Незадачливый  опер, даже  не  успевший  снять  свой  табельный  пистолет с предохранителя, валится на пол, а урки без особой спешки завершают работу.

Так что  коммерсанты  и  банкиры,  которые очень любят,  чтобы их охраняли люди в погонах,  могут надеяться на визуально-психологический эффект,  но  не  на  реальную  защиту от матерых уголовников.  Из трех случаев перестрелки при налете на обменные пункты в 95-м году в  одном (вышеупомянутом)  случае  милиционер получил ранение,  а в двух других стражи порядка расстались с жизнью.

Даже когда   милиционеры   знают,   что   имеют   дело  с  хорошо вооруженными  и  на  все  способными  бандитами,  даже   когда   имеют возможность  заранее  приготовиться  к  предстоящей операции,  они все равно несут потери.  В центре Ижевска убиты два сотрудника МВД.  Через четыре часа убийцы обнаружены и блокированы. Начинается перестрелка. И снова два стража порядка получают тяжелые ранения.  При этом  из  всей банды  в итоге удается задержать лишь одного «бойца».  Буквально через несколько  дней  аналогичный  бой  между  преступниками   и   милицией разгорается  на  улицах приморского города Арсеньева.  Результат почти тот же: ранены трое милиционеров, а все бандиты благополучно скрылись.

Нет, моя милиция меня не бережет.  Хотя бы по той причине, что не может уберечь саму себя.  Даже когда  противники  —  безусые  юнцы.  В голове   не   укладывается,  как  трое  кадровых  офицеров  не  смогли справиться  с  московской  шпаной  на  улице  Менжинского.   Выяснение отношений  возле  кинотеатра  «Арктика» началось с замечания одного из милиционеров  (они  возвращались  после  дежурства  домой)  по  поводу чрезмерно  шумного  поведения  юнцов.  Разговор не получился — и в ход пошли пустые  бутылки  и  железные  прутья.  Итог  печален:  30-летний младший  лейтенант Александр Юсупов убит,  его спутники тяжело ранены. Несовершеннолетние преступники разбежались.

Стражей порядка   трудно  упрекнуть  в  том,  что  они  намеренно избегают опасности,  специально стараются держаться  подальше  от  тех мест,  где  слышны  взрывы  или выстрелы.  Нет,  они искренне пытаются обуздать хотя бы уличную преступность.  Но увы.  Надо  констатировать, что   старая   школа  боевой  подготовки  сотрудников  МВД  безнадежно устарела. Да, наши милиционеры легко справлялись с гопниками и урками, вооруженными  «перьями»  и  «заточками».  Но  как  только  в  руках  у уголовников появилось скорострельное оружие, перевес сразу же оказался на их стороне.

Криминальная хроника   стала   напоминать    фронтовые    сводки. Перестрелка  на  Петровско-Разумовском  рынке  с  двумя преступниками: погибли два милиционера, ранены два сотрудника МВД и три охранника. Из бандитов пуля задела лишь одного (второй скрылся). Штурм одноэжтажного дома на улице Гастелло (там засели три бандита во главе с рецидивистом Аджаевым) с участием СОБРа и ОМОНа: ранено 11 (!) милиционеров, из них

 *А вот  сухая  статистика.  В  1994  году в боях между милицией и бандитами  погибло  соответственно  185  и  291  человек,  ранено  572 милиционера и 1500 уголовников.*

Чего же  не  хватает  сотрудникам  патрульно-постовых   служб   и оперативникам    для    того,    чтобы   по-настоящему   противостоять преступникам?  Может,  огневой мощи?  Отнюдь. Сегодня милиция до зубов вооружена  «стволами» самыми разными — на все случаи жизни.  Например, специально  для  борьбы  с   организованной   преступностью   созданы: пистолет-пулемет  «ПП-93»,  пистолет-пулемет «кедр»,  пистолет-пулемет «кипарис»,  пистолет-пулемет  «клин»,   усовершенствованный   пистолет Стечкина «бердыш», малогабаритный автомат «вихрь».

Если верить прилагаемой к ним технической документации,  по своим характеристикам  они  не  уступают лучшим мировым аналогам,  «способны пробивать бронежилеты вплоть до девятой степени защиты  включительно». Их  надежные  чувствительные  прицелы  «обеспечивают  ведение  огня на поражение даже в закрытых невентилируемых помещениях складского типа», а  скорострельность  этого  оружия  позволяет «перекрыть плотным огнем практически любую жилую площадь».

А может,  все  дело  в том,  что милиционеров у нас слишком мало, может,  просто некому выходить на сражения с расплодившимися как грибы после  дождя преступными группировками?  Но и это не так.  Численность одной только московской милиции составляет  110  тысяч  человек.  Если мысленно   разбить   Москву   (в  пределах  Кольцевой  автодороги)  на километровые квадраты и равномерно расставить стражей  порядка  по  их периметру,  люди  в фуражках окажутся не далее 9 метров друг от друга. Крыса не прошмыгнет незамеченной — не то что преступник.

Допустим, такая  арифметика  некорректна.  К  реальной  борьбе  с преступностью имеют отношение лишь 40  тысяч  служивых.  Остальные  70 тысяч   управляют  и  хозяйствуют.  Но  даже  на  эти  40  тысяч,  как свидетельствует статистика, приходится в среднем 80 тысяч преступлений в год.  Если бы каждый милиционер за полгода предотвратил хотя бы одно правонарушение,  Москва бы полностью очистилась  от  криминалитета.  В реальности   же   за   пять  последних  лет  количество  преступлений, совершенных бандитскими группировками,  выросло на 63 процента. Каждое пятое криминальное происшествие в стране — на счету оргпреступности.

Преступники настолько обнаглели,  что уже открыто издеваются  над теми,  на  чьи  (так  и  хочется  сказать — хрупкие) плечи взвалена… охрана правопорядка. Бирюлевская шпана справилась с местным участковым с помощью баллончики с нервно-паралитическим газом.  Несчастного Петра Мирнодонова повалили на пол и  прямо  в  опорном  пункте  милиции  ОВД «Бирюлево-Восточное»   начали  пытать.  На  лбу  участкового  вырезали бритвой слово «мент»,  на каждой  щеке  —  по  букве  X,  на  груди  — пятиконечную   звезду.   Надо   ли   говорить,   что  многие  районные милиционеры,  которые не виноваты,  что их ничему не научили  (похоже, сейчас в школах милиции учат только одному — обирать лоточников), идут на дежурство как на казнь.

А их  руководство бьет все мировые рекорды по коррумпированности. Говоря о преступниках с генеральскими лампасами,  Куликов заметил: «Их зачастую трудно посадить на скамью подсудимых,  зато можно опозорить!» И пообещал в дальнейшем назвать некоторые имена.

Впрочем, иные уже известны.  Например,  начальник ГУВД Московской области генерал-лейтенант Вячеслав Огородников и  его  заместитель  по тыловому   обеспечению   генерал-майор   Валерий   Аксаков.  Оба  были отстранены в ходе операции «Чистые руки»,  о которой скажем чуть ниже. С  наиболее  жесткой  формулировкой  уволили  Аксакова:  за  действия, дискредитирующие  звание  сотрудника  милиции.   Ему   инкриминировали незаконное   получение   квартиры   и   машины,   попустительство  при разворовывании изъятого оружия и разглашение служебной тайны.  «Тут  и предательство,  и бездействие, и сращивание с преступным элементом!» — так прокомментировал отставку генералов и их подчиненных  в  областной милиции министр внутренних дел Анатолий Куликов.

Известно и еще одно  имя  —  57-летнего  генерала  Игоря  Шилова, бывшего  первого  замначальника Главного управления уголовного розыска МВД,  а проще говоря,  сыскаря э 2 Российской  Федерации.  Его  ареста потребовали сотрудники ГУОПа.  Арестовывать его,  правда, не стали, но обыск все же провели —  и  в  служебном  кабинете,  и  в  квартире.  В результате  было  обнаружено  несколько  тысяч патронов от автоматов и карабинов.  Поводом же для «наезда» послужило  возбуждение  очередного уголовного   дела   против   многократно   судимого  за  мошенничество осведомителя уголовного розыска Корнеева.

Прикрываясь фальшивым удостоверением офицера МВД, он знакомился с бизнесменами,  а затем «кидал» их на крупные суммы. Оказалось, что ему покровительствовал  сам генерал Шилов.  Проблемы у генерала возникли и из-за сына,  адъюнкта академии МВД.  Правда,  его провинность состояла лишь  в  том,  что  он попросил у одного из сотрудников ГУУР пригоршню патронов для своего карабина накануне охотничьего сезона.  Но  к  тому времени Шиловы уже были «под колпаком» у ГУОПа.

Надо заметить,  что и у последнего ведомства не все в  порядке  с кадрами.  В  сентябре  95-го  в  своем  рабочем  кабинете  застрелился замначальника ГУОПа и по  совместительству  начальник  РУОПа  Поволжья Владимир Еремкин. Незадолго до этого была получена санкция саратовской облпрокуратуры на  его  арест.  На  этот  раз  сам  высокопоставленный руоповец  оказался  под колпаком у начальника УВД Саратовской области. Правда,  в предсмертной записке полковник  намекал,  что  его  тревоги связаны  с  тем,  что  РУОП  собрал  немало  информации  о коррупции в правоохранительных органах и властных структурах региона.

Пуля оборвала жизнь и замминистра внутренних дел Удмуртии Николая Перевощикова.  Вместе с ним под автоматным огнем погибли три члена его семьи:  жена, сын и дочь. А причина все та же — коррупция. Перевощиков стал  жертвой  собственной  близорукости  или  осознанного   нежелания замечать один страшный факт:  его зять был бандитом.  Более того, этот молодой человек был правой  рукой  ижевского  уголовного  «авторитета» Дмитрия  Малышева,  по  чьему  приказу  вышибал  долги  и участвовал в совершении как минимум одного  заказного  убийства.  Если  бы  не  эта трагическая развязка, жители Удмуртии могли бы так и не узнать об этой удивительной семье,  где в соседних комнатах жили,  за одним обеденным столом  сидели  руководитель  республиканских правоохранителей и лидер республиканских уголовников. 

МИЛИЦЕЙСКИЙ БИЗНЕС

Коррупция в МВД многолика и многогранна. От элементарных взяток и поборов  палаточников  и  лоточников  —  до весьма серьезного,  хотя и запрещенного Законом о милиции бизнеса. Взятки гаишникам стали притчей во   языцех.  Повсеместный  характер  этого  явления,  можно  сказать, официально зарегистрирован.  По приказу Куликова группа  оперативников колесила  от  Владикавказа  до  Ростова-на-Дону под видом перевозчиков вино-водочных изделий.  Из 24 постов ГАИ брать  отказались  только  на двух.  Не  случайно  милиция так сопротивляется введению новой системы оплаты штрафов с помощью пластиковых карточек.

Еще одной  кормушкой для гаишников стали расплодившиеся как грибы после дождя частные  автошколы.  Мало  того,  что  инспектора  неплохо получают  от  самих владельцев школ,  они намеренно валят на экзаменах учащихся,  доказывая, что без взятки получить права почти нереально. В Москве  тарифы  за  «хорошую»  сдачу экзамена колеблются от 150 до 300 долларов.  Причем выработалась универсальная система передачи  валюты: только  перед  экзаменом  и  только  через  старших  инструкторов  или директора школы.

Этого мало.  Многие  посты  ГАИ  становятся  чуть  ли не штатными осведомителями  преступных  группировок.  Этот   тревожный   факт,   в частности,       констатировал       Аналитический       центр      по социально-экономической политике при  президентской  администрации.  В докладе  центра  «Организованная  преступность и перспективы прихода к власти  в  России  национал-социалистов»  приводились  примеры   этого преступного  сотрудничества  в  российских регионах.  Так,  в Тверской области,  чуть ли не каждая автомашина с ценным грузом останавливается рэкетирами.  Откуда  они узнают о содержимом багажника?  Очень просто. Связные банды получают по рации сигнал с поста ГАИ.  Барыши,  конечно, делят по-братски.

Аналогичная ситуация и во Владимирской области.  Практически  все попытки  провести  неожиданные  обыски  в  штаб-квартирах криминальных группировок  проваливались  из-за   того,   что   их   заблаговременно предупреждали гаишники. О том же явлении автору этих строк рассказывал бывший руководитель подразделения ГУОПа МВД по  разработке  преступных авторитетов  полковник  Медведев.  Он  имел  похожий  печальный опыт в Московской области.  Как только его  люди  отправлялись  на  облаву  в мотель, где находилась «малина», какие-то гаишники тут же оповещали об этом бандитов.  Подозреваемые,  которых  оперативники  ехали  «вязать» вместе с арсеналом оружия, уже летели на своих иномарках им навстречу.

Естественно, точно установить инспекторов-стукачей и доказать  их вину практически невозможно. Проштрафившиеся люди в форме почти всегда избегают наказания.  Сколько было шума вокруг  гаишников,  которые  за взятки  беспрепятственно  пропустили колонну Басаева,  ехавшую брать в заложники и убивать мирных жителей Буденновска?  А что известно о суде над этими негодяями? Ничего. Дело потихоньку рассыпалось.

Особый вид  бизнеса  освоили  гаишники   Волгоградской   области. Провинившимся  водителям  они  предлагали  помимо положенных по закону штрафов вносить пожертвования «на  Божьи  дела».  В  противном  случае грозили   отобрать   права.  Пожертвования  вносились  на  счет  фонда строительства храма Всех  Святых.  Соучредителем  фонда  действительно являлась  местная епархия,  однако никакого храмового строительства на аккумулированные деньги не велось.

Зачем же   милиционерам   понадобилось   помогать   церкви  таким рискованным  способом?  Очень  просто.  Ктитором  епархии   (то   есть церковным  старостой,  на  которого  был  возложен  контроль  за всеми финансовыми делами) являлся начальник областного УВД Василий Дергачев. За  возбуждение  уголовного  дела и активное расследование этих фактов
прокурор  области  Вячеслав  Шестопалов,  убежденный  атеист,   указом архиепископа  Волгоградского и Камышинского Германа был…  отлучен от церкви.

Иногда под  «крышей»  ГАИ  образуется целая банда.  Одну из них в апреле 97-го судили в райцентре Кадуй Вологодской области. Перед судом предстали  семь  человек,  которые перегоняли из-за границы ворованные иномарки,  регистрировали их по подложным документам  в  таможне  и  в милиции,  а затем продавали.  Самое интересное заключается в том,  что большинство из  преступников  —  бывшие  милиционеры.  А  легализацией ворованных иномарок («БМВ», «Гранд Чероки» и «Ауди») занимался старший госавтоинспектор ГАИ Кадуйского района Валерий  Ванюшкин.  Он  получил четыре года лагерей.

Активно подрабатывают и в отделениях милиции — «на  земле»,  если выражаться  на  профессиональном  жаргоне.  Самые  хлебные  места  — в районах крупных рынков и торговых центров.  Так,  при получении взятки был арестован начальник 5-го отделения милиции, хорошо известного всем торгующим матрешками и кокардами на  Старом  Арбате.  В  1,5  миллиона рублей   ТОО  «Вернисаж»  оценило  его  помощь  при  продлении  аренды помещения. Впрочем, это мог быть лишь задаток.

Пусть читателя  не смущает такая несерьезная сумма.  Есть и более значительные примеры.  В сейфе у  начальника  РУОПа  Тверской  области полковника Ройтмана, которого арестовывали по подозрению в организации заказного убийства,  было обнаружено 14 тысяч  долларов.  А  когда  по подозрению  в  получении  взяток  было  задержано  все руководство ОВД Царицына (начальник и два зама),  в сейфе у правоохранителей нашли уже 700 миллионов рублей. Дневная выручка?

Кстати, это тот редкий случай,  когда  дело  удалось  довести  до суда.  На  слушаниях в Мосгорсуде было доказано,  что в гараже рядом с ОВД  директор  Царицынского  рынка  передал  начальнику  ОВД   Виктору Алексееву 5 тысяч долларов и 4 миллиона рублей. Угрозу разогнать рынок предприниматель воспринял всерьез — ему оставалось либо уплатить  либо  сообщить о вымогательстве в компетентные органы.  Директор пошел по второму — законному — пути (купюры были  предварительно  обработаны спецсредством  «Светлячок»).  В итоге милицейский начальник получил 10 лет колонии.  Взяли Алексеева в апреле 95-го — приговорили  в  апреле 97-го.

Кстати, в деле были  и  другие  любопытные  эпизоды.  Еще  раньше милиционер  получил от того же директора золотую печатку с бриллиантом в 1,3 карата стоимостью 4,5 тысячи «зеленых».  Кроме того,  ежемесячно предприниматель  выплачивал  милицейскому  начальнику  оброк  —  по  8 миллионов рублей.  Мало того,  он оплатил и ремонт  в  новой  квартире офицера.  И  хотя  на  суде  эти эпизоды доказать не удалось,  картина получилась впечатляющая.

Поскольку прямая коммерция милиционерам запрещена, а красиво жить все-таки хочется, они идут на всевозможные ухищрения. Одна из лазеек в законодательстве   —   учреждение  всевозможных  общественных  фондов. Естественно,  с благими целями поддержки ветеранов  правоохранительных органов  и  семей  пострадавших  от  рук  бандитов.  Одним из пионеров
фондостроительства   стал   наш   знаменитый   охотник   на   «спрута» генерал-майор  внутренней  службы  Александр Гуров.  Он неожиданно для всех подал рапорт об увольнении и посвятил себя  созданию  Российского фонда содействия борьбе с организованной преступностью,  терроризмом и коррупцией.  Примечательно,  что  инициаторами  создания  фонда,  если верить Гурову, стали некие «предприниматели Северо-запада России».

По-своему решили  проблему  дополнительных   заработков   в   УВД Пермской  области.  Точнее,  в  местном  ОБНОНе  —  отделе по борьбе с наркотиками.  Борцы с губительным зельем  приютили  под  своей  крышей частное  охранное  агентство  «Викинг-2».  Оно  занималось  в основном детективной деятельностью — разыскивало деньги обманутых коммерсантов. Не   беда,  что  детективы-самоучки  не  имели  для  этого  не  только специальных навыков,  но и специальной лицензии. Зато их патронировали и  во всех сложных делах помогали вполне профессиональные милиционеры, имевшие и соответствующие права,  и соответствующие возможности. Когда надо  — наезжали с обыском,  кого надо — вызывали на допрос.  В общем, проблему с неплатежами решали эффективно и без проволочек.

Правда, к  наркомафии  и наркомании все это никакого отношения не имело. Зато имело отношение к специальному фонду, попечителем которого был  все  тот  же  ОБНОН.  Часть  своей  прибыли  «Викинг-2» регулярно отчислял в эту опекаемую милицией структуру —  в  качестве  частных  и абсолютно добровольных пожертвований.

Была и еще одна связочка  между  детективами  и  наркоборцами.  В визитных  карточках  совладельца  и директора «Викинга» стояли адрес и телефон дежурной части ОБНОНа УВД  Пермской  области.  Причем  фамилия главного  детектива удивительным образом совпадала с фамилией главного борца  с  наркомафией.  Оказалось,  что   это   не   однофамильцы,   а родственники.  Причем ближайшие.  Кузнецов-папа защищает правопорядок. Кузнецов-сын помогает вышибать долги.  Вот  такой  получился  семейный подряд.

В данном случае на высоте оказалась  областная  прокуратура.  Она начала  с того,  что отправила в суд иск о признании недействительными договоров милиционеров с коммерческими фирмами.  Дело в том,  что,  не ограничиваясь коммерцией с «Викингом», пять офицеров ОБНОНа во главе с Юрием Кузнецовым получали  «гонорары».  Якобы  «за  сбор,  изучение  и анализ оперативно-поисковой информации о рынках сбыта,  о клиентах,  о
конкурирующих фирмах».

На самом  деле  две  фирмы  сильно  повздорили по поводу арендной платы с госпредприятием,  находившимся в  ведении  Госрезерва  России. Поскольку  арбитражный  суд  полностью  признал  правоту  предприятия, фирмачи решили испробовать нетрадиционные  методы  разрешения  данного спора.  Одним  из  таких  методов  стало  психологическое  давление на оппонентов  с  помощью  органов  правопорядка.  И   люди   в   погонах действительно   честно   отрабатывали  свои  гонорары.  Офицеры  брали письменные объяснения у работников выигравшего  арбитраж  предприятия, вызывали  их  повестками  в УВД,  пытались проникнуть на этот режимный объект.

Любопытно, что  и  после  судебного  разбирательства  между УВД и прокуратурой договор с фирмами остался  в  силе.  Его  только  немного скорректировали.  Во-первых,  исключили  пункт о коммерческом шпионаже (по-другому  услуги  милиционеров  не  назовешь).  А  во-вторых,   все денежные  перечисления  с  этого  времени  было  решено  направлять не конкретным сотрудникам ОБНОНа, а на общий счет УВД.

Однако на    этом  поиски новых источников   доходов   наши предприимчивые наркоборцы  не  оставили. Без каких-либо  видимых (а главное  —  законных) оснований они самостоятельно возбудили уголовное дело и заточили в темницу местную предпринимательницу.  Нет,  она  не хранила  у  себя  в  сумочке кокаин и не торговала из-под полы маковой соломкой. Дело возбудили по совершенно другому профилю: мошенничество. Через  три  месяца  даму освободили,  а дело прекратили за отсутствием состава преступления.  Но своего добились:  из матери подозреваемой за это время удалось вытрясти около 12 миллионов рублей.

Пока дочь сидела,  мать тоже отвезли в УВД,  где  провели  с  ней несколько  нравоучительных  бесед.  Вступительное  слово  произнес сам товарищ  Кузнецов.  Затем  некоторые   разъяснения   сделали   и   его подчиненные.   Для   лучшего   эффекта   75-летней  старушке  показали постановление об ее  аресте.  Но  обнадежили,  что  у  нее  есть  шанс остаться на свободе, а дочери — вскоре переступить порог родного дома. Для этого требуется всего-то 12 «лимончиков» — на  возмещение  ущерба, причиненного «мошенницей» государству. В сопровождении бравых молодцов в униформе пенсионерка отправилась в отдел вкладов банка «Заря  Урала» и   перечислила   указанную   сумму   в  Почтобанк.  Как  впоследствии
выяснилось,  деньги без вины виноватой семьи  пошли  на  оплату  долга очередной коммерческой фирмы,  тоже,  видимо, находящейся на попечении пермского ОБНОНа.

Правда, справедливость через два года восторжествовала: Почтобанк был оштрафован на 108 миллионов рублей, а УВД Пермской области — на 50 миллионов рублей (часть этой суммы получили пострадавшие). Но вся беда в том,  что раскошелиться пришлось не предприимчивым оперативникам,  а государству.

А Кузнецов отделался строгим выговором. И остался при исполнении. Более того,  его люди уже заявлялись с обыском к заместителю прокурора области,  разоблачившему попытки коммерческого шпионажа.  Наведывались также  и  к  собкору «Российской газеты» (правительственного издания!) Михаилу Лобанову,  который осмелился  придать  материалы  прокурорской проверки огласке.  А ведь в Прикамье у борцов с дурманом работы должно быть   выше   крыши.   Пермская   область   по    количеству    только зарегистрированных   преступлений,   которые  связаны  с  наркотиками, занимает на Урале твердое второе место.  Но  милиции,  похоже,  не  до того. У нее — бизнес!

Немало фактов о том,  как  зарабатывают  деньги  «на  стороне»  и
улучшают   свои   жилищные   условия   высокопоставленные  господа  из
республиканского МВД собрала депутат Госдумы от Республики  Коми  Рита
Чистоходова.  И  изложила  их в депутатском запросе министру Куликову.
Ответ этого генерала, считающегося (с конца 96-го года) главным борцом
с экономическими преступлениями, не мог не обескуражить.

Так, Чистоходова рассказывает прелюбопытную историю о том,  как в
третий  раз  улучшил  свои жилищные условия глава республиканского МВД
Евгений  Трофимов.  На  это  Куликов  отвечает:   очередная   квартира
милицейскому   начальнику  «предоставлена  Главой  этой  республики  в
соответствии с распоряжением Совмина».  В том,  что это было оформлено
«юридически чисто»,  никто не сомневался.  Вопрос был в другом, так ли
уж необходимы г-ну Трофимову новые четырехкомнатные хоромы,  если  его
сын,  чья  фамилия  включена  в ордер,  в действительности проживает в
квартире директора ТОО «СИМ» г-на Молодцова?

И главное: как связано последнее обстоятельство с тем фактом, что
МВД Коми с некоторых пор стало соучредителем этой  самой  строительной
фирмы   «СИМ».  Сие  соучредительство  «не  противоречит  действующему
законодательству»,  — отвечает секретарь  г-на  Куликова.  Утверждение
более чем странное. До сих пор считалось, что именно из-за строжайшего
запрета заниматься коммерческой деятельностью  милиционеры  организуют
всевозможные   якобы   общественные  фонды  (например,  для  поддержки
правоохранителей после ухода на пенсию),  под крышами которых и делают
свой скромный бизнес.

Чистоходова выяснила,  что такой фонд существует и в Коми  —  под
названием   «Правопорядок».   Курировал   его   лично  начальник  ГОВД
Сыктывкара г-н Бихерт.  Материалы, из которых следовало, что с помощью
этого  фонда глава городской милиции возвел себе три особняка,  долгое
время пылились на столе у  Евгения  Трофимова,  не  реагировавшего  на
настойчивые  требования  депутата  Чистоходовой  начать  расследование
данной аферы.  В итоге г-на Бихерта спокойно проводили  на  пенсию,  а
соответствующее уголовное дело возбудили лишь после того, как народная
избранница рассказала об этой истории  в  прямом  телеэфире.  И  вновь
федеральный министр полностью солидарен с республиканским:  «На момент
увольнения Бихерта из органов внутренних дел достаточных оснований для
возбуждения в отношении него уголовного дела не имелось».

В милицейском главке не  видят  ничего  необычного  и  в  истории
прокрутки  кредита,  полученного МВД Коми в «МАПО-банке».  2 миллиарда
рублей,  выданные всего  под  1  процент  годовых,  почти  сразу  были
переведены  на  депозитный  счет  в  том  же  банке  —  но уже под 120
процентов.  Мало того,  вся прибыль по депозиту (267 миллионов рублей)
была перечислена на текущий счет МВД авансом — за полгода до окончания
срока депозита.  Не  удивительно,  что  банк,  который  шел  на  столь
разорительные для себя коммерческие операции, вскоре разорился.

Чистоходова спрашивает:  не является  ли  это  почти  откровенное
изъятие   из   кассы  банка  четверти  миллиарда  рублей  как  минимум
злоупотреблением со стороны руководства республиканской милиции  своим
служебным положением?  Г-н Куликов (точнее,  его безымянный секретарь)
отвечает:  «В действующих законодательных актах  РФ  нет  запретов  на
привлечение органами внутренних дел кредитов коммерческих банков…»

Здесь надо  отметить,  что  своеобразной  коммерцией  милиционеры
стали  заниматься  еще  задолго  до российского «капитализма».  Органы
Госбезопасности получили информацию  о  том,  что  в  сибирской  тайге
работают подпольные бригады старателей,  нелегально добывающие платину
и золото на старых шурфах. Кстати, об этом узнали не только российские
спецслужбы,  но и западногерманские. Для поиска старателей-нелегалов в
тайгу была десантирована оперативно-боевая группа «Вымпел».

Тайные прииски  действительно  были обнаружены.  На них трудились
современные рабы.  Оказалось, что сибирские милиционеры под надуманным
предлогом  арестовывали  бомжей  и  тайно  переправляли их на земляные
работы.  Под страхом пытки и смерти они поднимали целину,  перекапывая
сотни  кубометров грунта.  Рядом выросли небольшие поселки,  где те же
бездомные рабы занимались промывкой грунта и его транспортировкой. Тут
же   находилась   братская   могила  погибших  от  пыток  и  истощений
старателей.   Их   трупы   засыпали   гашеной    известью…    Золото
переправлялось в Молдавию и Армению…

В постперестроечные  времена  бизнес  сотрудников  МВД стал более
цивилизованным и приобрел почти законную форму.  Особенно развернулись
на  этом  поприще в столичном ГУВД.  Бывший начальник этого управления
генерал Богданов открыл на Петровке оружейный магазин. Характерно, что
это  сугубо  частное  и  сугубо  торговое  заведение  располагается на
площадях МВД,  а  арендной  платы  с  него  не  требуют.  Поскольку  в
милицейский альтруизм поверить достаточно трудно, речь, следовательно,
идет о побочной коммерции правоохранительного главка.

Но есть  и  основная  коммерция  — поставленная на широкую ногу и
практически   легализованная.   Речь    идет    о    так    называемой
вневедомственной  охране.  В  1996 году число бойцов Управления охраны
при ГУВД Москвы достигало 40 тысяч человек,  при том  что  для  охраны
госучреждений   требовалось  лишь  5  тысяч  «штыков».  Все  остальные
милиционеры ринулись на чисто коммерческий  рынок  охранных  услуг.  В
результате  лишь  10  процентов  этого рынка делят между собой частные
фирмы. Все остальное пространство контролируют люди в погонах.

Почему они  вне конкуренции — объясняется просто.  Частники живут
только  тем,  что  удается  заработать  за  счет  охраны  фирмачей,  а
милиционеры  подпитываются сразу из двух кормушек — из госбюджета и из
кошельков бизнесменов.  Отсюда себестоимость услуг  последних  гораздо
ниже,  чем  у  частников.  К тому же за спинами сотрудников Управления
охраны — весь силовой аппарат  ведомства.  Желающие,  например,  могут
получить  свиту  из  бойцов  ОМОНа,  а  могут  прокатиться по городу в
сопровождении  ГАИ.  Автоматчик  в  бронежилете   вместе   с   машиной
патрульно-постовой   службы  стоит  всего  100  тысяч  рублей  за  час
пользования.

Цены невелики.   Но,   учитывая,  что  круглосуточно  на  частном
охранном  поприще  задействовано  не  менее  12  тысяч   милиционеров,
эксперты  оценивают ежемесячный оборот одной лишь московской милиции в
40 миллионов долларов.  По оценкам самого руководства  МВД,  доход  от
различной  коммерции  (здесь  это  называют  хозрасчетом)  составил 40
процентов от бюджетных ассигнований на поддержание российской милиции. 

ОБОРОТНИ В ПОГОНАХ

Сегодня многообразный милицейский  бизнес  поставлен  на  широкую
ногу.  Но  не  он  вызывает у населения смешанное чувство озлобления и
боязни. И даже не пресловутая беспомощность милиционеров перед мафией.
А  тот  неопровержимый  факт,  что  все  больше  правоохранителей сами
вступают на  путь  откровенной  уголовщины.  Даже  термин  специальный
появился: «оборотни в погонах».

Если «крестным отцам» милиционеры не страшны,  то законопослушное
население  они  действительно держат в страхе.  «МВД — не самое крутое
бандформирование».  Это — заголовок-цитата из  январского  (1997  г.).
выступления  Анатолия Куликова по поводу криминализации вверенного ему
Министерства   внутренних   дел,   опубликованного    в    «Московском
комсомольце».  По данным министра,  в 1996 году к ответственности было
привлечено  более  10  тысяч  сотрудников,  3,5  тысячам   сотрудников
инкриминируется  совершение  преступлений.  От  занимаемых  должностей
освобождены 128 первых лиц.

«На днях  разоблачена  преступная  группа сотрудников МВД России.
Среди задержанных — высокопоставленный сотрудник Управления исполнения
наказаний   ГУВД  Московской  области,  старший  офицер  Следственного
комитета МВД России.  Всего арестовано несколько человек.  Находясь на
содержании  мафиозных  группировок,  они  за  валютное  вознаграждение
добивались освобождения от наказания членов преступных кланов».

Увы, такие  газетные  сообщения  —  уже  не  сенсации  и  даже не
редкость.  Люди отвыкли делать различия между незаконными вооруженными
формированиями  и  вооруженными  формированиями правоохранителей.  Тем
более что и внешне они почти не отличаются — тот же  камуфляж,  те  же
маски, те же автоматы, та же жестокость и напористость. Кто они — ОМОН
или солнцевская «братва»? Поди отличи.

9 сентября  1995  года на 1019-м километре трассы Москва — Ростов
трое милиционеров и один десантник остановили микроавтобус и,  угрожая
автоматами,  заставили  водителя  отогнать  его в лес.  Вывели полтора
десятка пассажиров,  положили всех лицом к земле.  Последующие полчаса
они занимались багажом ростовчан, ехавших в столицу за покупками. Улов
составил 800 миллионов рублей и 11 тысяч долларов.

Итак, самое  крупное  за год ограбление в Ростовской области было
совершено людьми в  милицейской  форме.  Являлись  ли  они  подлинными
сотрудниками   МВД   или  же  то  был  всего  лишь  маскарад,  история
умалчивает.   Но   ясно   одно:   у   ростовчан    эта    встреча    с
«правоохранителями»  оставила неизгладимое впечатление.  Наверное,  на
всю жизнь.

Аналогичный случай   произошел   в  Мордовии.  На  этот  раз  все
злоумышленники были арестованы.  На суде  выяснилось,  что  преступная
группа,  занимавшаяся  разбоем  на дорогах,  состояла исключительно из
сотрудников ГАИ.  А в Липецкой области начальник угрозыска  одного  из
РУВД г-н Коровин был привлечен к уголовной ответственности за активное
участие в банде, рэкетирующей и грабящей местные предприятия.

По данным   замначальника   ГУОПа  Вячеслава  Буркова,  до  трети
должностных преступлений связаны с использованием служебного положения
в  корыстных  целях,  в том числе с работой на криминальные структуры.
Мафия заказывает,  как правило,  два вида  услуг:  вывод  своих  людей
из-под  уголовной  ответственности и получение оперативно-следственной
информации.  Покупаются,  в частности,  сведения о том,  находится  ли
данная  группировка  в  оперативной  разработке,  кто  конкретно  этим
занимается,  сведения о датах и времени проведения намеченных операций
против банды-заказчика.

Выяснилось, что  некоторые  милиционеры  находятся  у  мафии   на
постоянном  обеспечении.  Зафиксированы  и  случаи внедрения мафиози в
силовые  структуры.  Например,  сотрудник  сизо  «Матросская  тишина»,
помогавший  бежать  суперкиллеру  Солонику,  устроился на работу в это
заведение по специальному  заданию  мощной  криминальной  группировки.
Многих  толкает  на  преступления  не  только  низкая  зарплата,  но и
тривиальный  страх.  Отказаться  от  предложений  «крестных  отцов»  —
смертельно  опасно  даже  для  правоохранителей.  В  конце  94-го года
офицер,  не пожелавший сотрудничать с мафией,  был подвергнут пыткам и
погиб от рук бандитов.

Но иногда милиционер сам оказывается главарем преступной  группы.
Например,  организатором  вооруженного  налета на московский ювелирный
магазин «Ева» был следователь  Следственного  комитета  МВД  России  —
главного    сыскного    заведения   страны.   Милиционер   обеспечивал
преступников  оружием  (15   пистолетов   Макарова),   транспортом   и
прикрытием в милиции на случай форс-мажорных обстоятельств. При налете
были ранены двое охранников,  один из них получил  тяжелое  ранение  в
живот.  Следователь обнаглел настолько, что целую неделю хранил у себя
дома все похищенные драгоценности, которые и обнаружились при аресте.

А в  Тушинском  нарсуде  (Москва)  в 95-96-м годах слушалось дело
против  трех  экипажей  муниципальной   милиции.   Муниципалы   решили
установить  контроль  над  азербайджанцами,  которые,  в свою очередь,
контролируют Тушинский рынок. Не ограничившись дежурными «наездами» на
торговые  точки,  муниципалы  начали  отвозить кавказцев в близлежащий
лесной массив,  где можно было не спеша  отрабатывать  на  них  приемы
рукопашного  боя.  Потерпевшие  утверждали,  что их били не только для
профилактики,  но и за довольно значительные  «откупные».  Место,  где
проходила экзекуция, жители микрорайона окрестили Островом Любви.

Следователи из  Тушинской   прокуратуры   арестовали   сразу   17
муниципалов.   К   началу  судебного  процесса  осталось  только  семь
обвиняемых,  одного из которых вскоре подвели под амнистию. Отпущенные
получили статус свидетелей и продолжили службу в том же отделе.

Милиционер-убийца. И это страшное по  своей  сути  словосочетание
стало  входить  в  обиход криминологов.  8 января 1995 года.  Кровавая
драма на станции Безречная в Читинской области.  Патрульный лейтенант,
находясь  в  сильном  подпитии,  решил свести счеты с местным жителем.
Когда хозяин квартиры  открыл  дверь,  20-летний  милиционер,  недолго
думая,  расстрелял его из табельного пистолета. Услышав необычный шум,
на лестничную клетку выглянули соседи.  Тогда «оборотень» ворвался и в
эту  квартиру  и  стал  убивать  всех,  на  кого падал его помутневший
взгляд.  Итог ужасен: убит годовалый ребенок, убита 11-летняя девочка,
ранены  две  ее одноклассницы,  тяжелое ранение получила мать убитых —
хозяйка квартиры.  Негодяя в погонах задержали  прохожие  на  улице  —
благодаря тому, что он уже истратил всю обойму.

Аналогичная трагедия   спустя   девять   месяцев   произошла    в
подмосковном  Зеленограде.  И  вновь  главным  действующим  лицом  был
молодой лейтенант — оперуполномоченный угрозыска зеленоградского  ОВД.
В  данном  случае  в  состоянии  аффекта  милиционер оказался не из-за
водки,  а из-за ревности.  Но результат почти идентичный:  два трупа и
двое  раненых.  Табельное  оружие он расчехлил из-за того,  что застал
свою супругу в компании трех  молодых  мужчин.  Не  тратя  времени  на
расследование,  лейтенант  тут же вынес приговор:  смертная казнь всей
четверке.  И тут же привел его в исполнение.  Палача арестовали  через
полторы недели. За это время он успел доехать до Хабаровска.

Все чаще от рук сотрудников правоохранительных  органов  погибают
их же собственные коллеги.  Классический случай — убийство офицера КГБ
в  линейном  отделении  милиции  на   станции   метро   «Выхино».   Не
разобравшись,   нетрезвые  стражи  порядка  отдубасили  до  полусмерти
позднего пассажира, который вернулся в метро после полуночи за забытым
в  поезде  портфелем.  Когда  же  милиционеры  поняли,  какая  «шишка»
оказалась  у  них  в  отделении,  было  принято  «единственно  верное»
решение: гэбиста добить и отвезти труп в Кузьминский лесопарк.

Дело было в конце 80-х. Но если с тех пор что-то и изменилось, то
только   в   худшую   сторону.   Милиционеры  из  того  же  Восточного
административного округа (ОВД муниципального округа «Соколиная  гора»)
убили  кадрового  офицера  МВД,  майора  из  МУРа  Владимира Пашенова.
Овэдэшники занимались своим привычным делом — рэкетом.  В тот  момент,
когда  к  ним  подошел Пашенов,  они выбивали деньги у наперсточников.
Майор попытался их остановить.  Тогда один  из  стражей  порядка  снял
автомат  с  предохранителя  и хладнокровно расстрелял сотрудника МУРа.
Испуганные наперсточники, конечно, отдали все, что у них было.

Все вышеприведенные  истории  —  «мокруха»  по случаю.  Но иногда
милиционеры идут  на  убийство  осознанное,  хорошо  подготовленное  и
хорошо оплаченное.  Многие удивляются: откуда в России появилось вдруг
столько киллеров,  совершающих такие профессиональные  расстрелы.  Как
откуда?  Конечно же,  из «органов».  Одни, как Солоник, бывшие. Другие
значатся в личном составе спец- и прочих служб по сей день.

Беспрецедентное преступление  произошло в начале апреля 1997 года
в районе поселка Камешково Владимирской  области.  Майору  милиции  из
Омска   местные   «авторитеты»   заказали  убийство  лидера  одной  из
преступных группировок, контролирующих московский аэропорт Домодедово.
Конфликт  произошел  из-за  того,  что  «объект»  стал шибко давить на
челноков,  которые,  в свою очередь, не могли, как прежде, отстегивать
дань   омской   «братве».  Гонорар  за  убийство  положили  достаточно
скромный: всего 10 тысяч «зеленых».

Вместе с  майором  в  Москву отправился предприниматель,  знавший
«объект» в лицо.  К убийству майор готовился тщательно:  в салоне  его
«девятки» были обнаружены газовый пистолет «байкал»,  переделанный под
стрельбу    крупнокалиберными    патронами,    пистолет     Марголина,
мелкокалиберная винтовка «соболь» с оптическим прицелом, наган, другие
«стволы» и  «перья»  и  целый  арсенал  патронов.  Но  мероприятие  по
каким-то   причинам   сорвалось.   И   нагруженная   «железом»  машина
возвращалась обратно.

Но на  полпути  ее  остановили  инспектор  ГАИ Николай Сизинцев и
сержант милиции Сергей  Киселев.  Несмотря  на  предъявленное  майором
удостоверение  дотошный инспектор все же решил осмотреть машину.  И на
свою беду заметил на заднем сидении пистолет.  Майор, имевший при себе
еще  один  «ствол»,  среагировал  раньше  —  Сизинцев упал,  обливаясь
кровью.  Киселев успел отбежать к милицейской машине — пуля раздробила
ему предплечье.

Майор непременно добил бы Киселева, если бы не героизм Сизинцева.
Тяжелораненый,  он  сумел  достать табельный пистолет и выстрелил — то
есть фактически принял огонь  на  себя.  В  это  время  Киселев  успел
откатиться  за  патрульную  машину  и  передернуть затвор.  Автоматная
очередь  майора  отрезвила,  к  тому  же  он  расстрелял  обе  обоймы.
«Оборотень»  в  погонах и предприниматель легли на землю.  Подъехавшие
дальнобойщики помогли раненому  Киселеву  их  скрутить.  А  37-летнего
Николая   Сизинцева  хоронили  всем  городом.  У  него  осталось  двое
мальчишек — 6 и 11 лет…

Как это  ни  чудовищно  звучит,  арест  милиционера-убийцы еще не
означает, что он за содеянное ответит. Отработана целая система выхода
из-под  уголовной  ответственности  для преступивших закон обладателей
погон.  Показательна история,  поведанная  автору  этих  строк  членом
Московской областной коллегии адвокатов г-ном Заломаевым.

Итак, коротенькая  история  о  преступлении  и  наказании  Сергея
Бебенина,  старшего  инспектора  Управления  по охране объектов высших
органов  власти  и  правительственных  учреждений  при  ГУВД   Москвы.
Поссорившись  со  своим  собутыльником,  слесарем подольской автобазы,
лейтенант Бебенин застрелил его из  самодельного  пистолета.  На  суде
этот факт был доказан.  Дома у Бебенина было найдено орудие убийства с
целым  арсеналом  патронов.   Смертельный   выстрел,   по   заключению
медэксперта, произведен точно в висок.

Несмотря на все эти обстоятельства суд квалифицировал сие  деяние
как  убийство  по неосторожности.  Что позволило освободить лейтенанта
прямо  в  здании  суда  (приговор  —  три  года  условно).  Смягчающим
обстоятельством послужила… хорошая характеристика с места работы.

Другой характерный случай.  В центре Брянска сотрудник РОВД Борис
Евдокимов и его сообщник втащили в машину трех девушек.  Двоим удалось
убежать,  а третью,  15-летнюю девочку,  они избивали и насиловали всю
ночь. Когда ей удалось вырваться, Евдокимов догнал ее и пропорол грудь
осколком стекла.  Евдокимов получил за свои деяния всего 5 лет,  а его
сообщник вообще был оправдан.

Еще чаще  преступников  в  погонах  «не  находят».   Но   одного,
покушавшегося на бизнесмена,  все же взяли. На «мокрое» пошел старшина
из 68-го отделения милиции — в тот день  он,  правда,  не  работал.  А
подрабатывал. Произошло это недалеко от центра столицы, на Сухаревской
площади.

Деловую встречу  двух  бизнесменов,  вышедших для беседы из своих
иномарок,  прервали взвизгнувшие тормоза  и  пистолетные  выстрелы  из
белых «Жигулей». Один был ранен, но второй успел достать из автомобиля
помповое ружье и открыл  ответный  огонь.  Нападавший  был  убит.  Как
выяснилось,   старшина   перед   тем,   как   пойти  на  дело,  принял
«наркомовские»  100  грамм,  а  потому  имел  некоторые   проблемы   с
координацией движений.  Это спасло бизнесменов. А суд убийцу оправдал.
Судьи ведь тоже люди. Они тоже устали от милицейского беспредела.

Если в  России  население ненавидит молодцов в камуфляже пока что
пассивно,  то  жители  Крыма  уже  заволновались.  Последней   каплей,
переполнившей  чащу терпения жителей полуострова,  стало убийство двух
татар:  в поселке Курортное их  забили  палками  охранники  пансионата
«Крымское  Приморье»  — за то,  что эти молодые люди не желали платить
дань.  Уже  на  следующий  день  земляки  погибших   разгромили   кафе
«Аквариум»  и  набросились на местных милиционеров,  принимавших самое
активное  участие  в  поборах   среди   рыночных   торговцев.   Одного
милиционера  облили  бензином  и  чуть  было  не  сожгли.  На  сходах,
прошедших в нескольких крымских поселках,  татары  постановили  отныне
всенародно избирать участковых. Была провозглашена «свободная от мафии
зона». Мафия в понимании крымчан — синоним милиции.

В каком-то  смысле  подтвердил  этот тезис министр внутренних дел
Украины Юрий Кравченко. Через пару месяцев после вышеописанных событий
высокопоставленный  правоохранитель  заявил  на  расширенной  коллегии
министерства: «Наша милиция криминализована больше, чем население».

Того же  мнения  придерживается  и  руководство  МВД России.  Как
только  его  возглавил  Анатолий  Куликов,  он  тут   же   инициировал
широкомасштабную  акцию  под  условным  названием «Чистые руки».  «Нам
нужно очиститься от прямых предателей, коррумпированных милиционеров и
их  покровителей.  Более  полутора  тысяч  сотрудников МВД уже преданы
суду».

Одним из  первых  шагов нового министра стало создание Управления
собственной  безопасности,  эдакого  мини-КГБ  в   структуре   МВД   с
подразделениями  на  всех  уровнях  —  от местных отделений милиции до
главка.

Сейчас очередное  сообщение о задержании преступника в погонах не
вызывает уже былого  ажиотажа.  Однако  возникает  ощущение,  что  чем
больше коррупционеров отлавливают,  тем больше приходит новых. Причины
непотопляемости  российской  мафии,  вероятно,  в  том,  что   шумными
кампаниями подменяется реальная,  кропотливая,  каждодневная работа по
изменению всей насквозь прогнившей системы отечественной  правоохраны.
Пока  МВД  не  может  навести  хотя  бы  маломальский  порядок в своих
собственных рядах,  ни  о  какой  серьезной  борьбе  с  организованной
преступностью не может быть и речи.

ссылка: http://lib.ru/POLITOLOG/r-prest.txt 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

5 + 3 =